— Келлз, я… — начала она.

— Замолчи! — фыркнул он. — Мне еще кое-что придется тебе сказать, но позже.

Каролина посмотрела через плечо. Следом за ними толпой шли пираты, очевидно, решившие сопровождать своего победоносного капитана.

Когда дверь дома закрылась за ними, Келлз, не слишком церемонясь, хлопнул Каролину по заду, указывая ей путь наверх мимо Хоукса. Верный оруженосец встревоженно посмотрел на окровавленную рубашку капитана, на оторванное жабо и только потом заглянул в горящие гневом глаза хозяина. Не решившись расспрашивать капитана, Хоукс вышел на улицу к своим товарищам пиратам, готовым разрешить его недоумение.

Наверху Келлз молча распахнул дверь спальни и впихнул туда Каролину, затем, осторожно прикрыв за собой дверь, прислонившись к косяку, уставился на нее тяжелым взглядом.

Каролина чувствовала себя в ответе за все мировое зло.

— Я испугалась, что ты умер, — заикаясь, начала она. — Я видела, как ты поскользнулся и упал, и вдруг ты ворвался в эту ужасную комнату и… Что случилось с тем человеком?

— А как ты думаешь? — хмуро спросил Келлз и невозмутимо ответил: — Я убил его.

— А… женщина?

— Когда я уходил, она была в истерике. Но сейчас, думаю, она уже давно пришла в себя, осмотрела его карманы и сейчас отгибает стельки туфель на случай, если он прячет деньги там.

Каролина вздрогнула от отвращения.

— Он велел женщине спрятать меня где-нибудь. Я думаю, они хотели получить за меня выкуп.

— Выкуп, — пробормотал Келлз.

Он был почти уверен, что они хотели продать ее пиратам с Нью-Провиденс. Келлз предпочитал не открывать перед Каролиной темных сторон здешней жизни. Он делал все, чтобы защитить ее от страшной правды. Да, люди в Порт-Рояле исчезали бесследно, порой в трюмах судов работорговцев — черный товар в обмен на белый. Особенно ценились светлокожие белокурые женщины, за которых в странах арабского мира шейхи давали большие деньги. Вот так бы пропала Каролина в гареме, и никто не узнал бы — в каком, где… Но только говорить ей об этом нельзя. Ночные кошмары замучат бедняжку.

— Весьма возможно, что они хотели получить выкуп, — коротко согласился Келлз.

— И ты бы не нашел денег на выкуп, — пробормотала она, потому что у нас нет средств.

— Я бы нашел деньги на выкуп, — прорычал он, стараясь говорить как можно ровнее.

Не найти чего-то для нее?! Чтобы вернуть свою Кристабель, он готов был пойти на что угодно — продать дом за первую предложенную ему цену, под прицелом пушек заставить местных торговцев выложить на стол нужную сумму, в конце концов, захватить самого губернатора, чтобы получить за него выкуп! Одна мысль о том, что этой женщине может грозить опасность, заставляла в страхе колотиться сердце этого бесстрашного человека.

— Но все кончилось благополучно, и выкуп искать не надо, — сказал он, проведя рукой по лицу.

— Да, слава Богу, — со вздохом сказала она. — Снимай камзол. Дай мне промыть твою рану и перебинтовать ее.

Потом, когда рана была обработана, Каролина, опустив ресницы, нежным голоском сказала:

— Послезавтра… Я боюсь здесь оставаться.

— Брось изображать из себя беззащитную крошку! Опущенными ресницами и тоненьким голоском меня не обманешь! Ничего ты не боишься, Кристабель.

Она не думала, что Келлз настолько проницателен.