Мое лицо, видимо, вернулось достаточно, чтобы отразить мои мысли, потому что Нат отвел меня от окна и усадил на низкий стул. Я поняла, что мы были в библиотеке. Стены были наполнены книгами. Было слишком темно, чтобы читать названия, чтобы хотя бы понять, как много здесь книг.

— Хорошо, — Нат опустился на колено рядом со мной. — Обдумаем это, — он спокойно перечислил все, что пошло не так с моей магией. Песнь лунного шиповника. Странная музыка прошлой ночью. Песнь реки, которую я только что спела. — Этому должно быть простое объяснение.

Я пыталась звучать так же собранно, как он.

— Может, это от усталости. Или болезни. Порой это меня ослабляет.

— Так сильно?

— После победы над Скаргрейвом я так устала, что неделями не слышала магию. Не помнишь?

— Помню. Но тогда ты не слышала никакую магию, а сейчас слышишь не ту. И ты не сражалась недавно. И не болела, так ведь? — он с тревогой смотрел на меня.

— Да.

— Так почему? — спросил Нат. — Почему твоя магия не работает правильно?

— Не знаю, — я в отчаянии подошла к окну.

Я смотрела на темную реку внизу, а Нат встал позади, я ощущала его тепло сквозь шелк своего платья.

— Люси, кто-то может использовать магию против тебя?

— Я думала, что смогу ощутить это.

— Может, ты уже не умеешь этого, — сказал Нат. — Как не можешь петь Проверенную магию.

Это было ужасно. Я подумала о Рэкхеме и его угрозах, о его уверенности, что он знал, как расправляться с Певчими, и я почти рассказала Нату о том, что он сказал мне. Но я слишком сильно боялась того, что может сделать Нат.

— Я никогда не слышала о способе остановить магию Певчей, — сказала я, выдавив это из себя. — Если бы он был, Скаргрейв бы его использовал, да?

— Точно, — согласился Нат. — Он использовал все.

— Может, дело не в магии. Может, проблема во мне. Может, я что-то сделала, что-то спела, что-то съела или выпила, потому и стала такой.

В моем голосе теперь слышалась паника. Даже я это слышала.

Нат опустил свои сильные ладони на мои плечи и осторожно повернул меня к себе.

— Это точно не твоя вина.

Я прижала руки к его, пытаясь напитаться силой из них. Это не работало. Я чувствовала себя маленькой и холодной.

— Мы не знаем этого, — сказала я. — И пока что я в ловушке. Они хотят, чтобы я творила здесь магию, но как я могу делать это, когда не могу доверять тому, что слышу? — я закрыла глаза. Крестная говорила, что Дикая магия предает, когда этого ожидаешь меньше всего. Может, она имела в виду это. Мир во мне будто перевернулся. — О, я хотела бы не покидать Норфолк!

— И я бы этого хотел, — сказал Нат. — Но мы узнаем причину, обещаю.

— А что делать сейчас?

— Сейчас мы скажем, что ты плохо себя чувствуешь, и ты будешь в безопасности в своей комнате.

Не буду, ведь там Марджери. Но я не могла объяснить Нату, не говоря ему о Рэкхеме…

— Впускай только тех, кого знаешь, — говорил Нат. — Если тебе нужно выйти, сторонись незнакомцев. Двор полон людей, у которых нет алиби, кому я бы не доверился ни за что.

— Например?

— Например, лорд Габриэль. Он провел время правления Скаргрейва в Швеции, изучая алхимию, и как-то он втерся сэру Исааку в доверие. А еще Сивилла Дэшвуд. Ее отцом был лорд Викомб, но она и ее мать жили на континенте, пока тут был Скаргрейв, а теперь она вернулась.