Он недовольно фыркнул.

— Не теряй зря времени на звонки домой! Большую часть времени ты будешь проводить в местах, откуда дозвониться почти недоступно. Кроме того, Эдит пригрозила, что заберет у меня сотовый. — Он вздохнул и дрожащим голосом добавил: — Прости меня, дочка. Я так устал…

— Тогда отдыхай и постарайся уснуть. И, пожалуйста, попроси тетю Эдит позвонить врачу, если вдруг почувствуешь себя хуже. — Она погладила отца, стараясь не прикасаться к его больной ноге. — Поскорей выздоравливай.

Трудно было поверить в то, что она действительно согласилась поехать без отца, и еще труднее — в то, что Чарли буквально заставил ее отправиться в австралийские джунгли практически одной, с совершенно незнакомым проводником.

Этот Кэннон, скорее всего, опытный пожилой мужчина, хорошо знающий чащобы парка «Какаду». Кроме того, она должна ехать. Если она не представит на выставку пейзажи тех мест, ее организаторы больше не захотят иметь с ней дело. И о том, чтобы выставляться в Сиднее, придется забыть.

Взвесив все «за» и «против», Наташа приняла решение ехать и поспешила на кухню, чтобы выпить чашечку кофе перед уходом.

Влажный жаркий воздух и люди, толпящиеся у здания аэропорта, одетые в шорты и майки, — все свидетельствовало о том, что долгий перелет на север страны наконец-то закончился. Наташа прилетела в Дарвин. Это город, где жизнь течет гораздо медленнее, чем в Сиднее или Брисбене, здесь никто никуда не спешит и все наслаждаются покоем.

Ей бы тоже удалось неплохо провести здесь время, если бы не встреча с незнакомцем. Наташе предстояло прожить с ним бок о бок две недели, причем не в цивилизованных условиях города, среди людей, а наедине, в чащобах, изучая самый большой, самый дикий и в то же время самый потрясающий Национальный парк Австралии.

Она жадно глотнула воздух и огляделась по сторонам в поисках мужчины, который держал бы в руках табличку с ее именем. Но на глаза попались только два человека с табличками: пожилой мужчина и молодая девушка, и ни у одного из них не было таблички с именем «Наташа Бил», не говоря уже о футболке с эмблемой «Туры по охоте на дикого гуся».

Наташу одолевали сомнения: стоит ли подождать здесь или лучше пойти получать багаж? Может быть, он ждет ее там? Как бы то ни было, она всегда может позвонить в туристическое агентство. Там ей наверняка дадут вразумительное объяснение. Ведь он же их босс…

И тут Наташа широко раскрыла глаза от удивления. Ее сердце чуть не выпрыгнуло из груди. К ней приближался мужчина. Высокий, широкоплечий, в шортах и темно-зеленой рубашке, на кармане которой она увидела эмблему с изображением гуся и надписью «Туры по охоте на дикого гуся». В руках он держал табличку с ее именем. Но все это было ни к чему, так как он отлично знал Наташу в лицо. Точно так же, как она знала, кто он такой.

— Том Скэнлон. — Она тяжело вздохнула, отказываясь поверить своим глазам. Ей стоило огромных усилий унять дрожь в коленках. Этот знак гуся на его рубашке… на его шляпе… Нет, это невозможно! Все происходившее напоминало кошмарный сон. И скорее всего, ее собственный отец приложил к этому руку. «Кэннон», — робко произнес Чарли, называя имя ее проводника. Скэнлон… Кэннон… Как хитро придумано!

— Наташа, как прошел полет? — Том протянул обе руки, словно желая обнять ее за плечи, и наклонился, чтобы поцеловать в щеку в знак приветствия.

Девушка отпрянула назад.

— Какого черта ты замышляешь, Том Скэнлон? Что за гнусную игру ты затеял на сей раз?

— Никакой игры. Я всего лишь откликнулся на просьбу о помощи, — мягко объяснил он.