– А как этот Генри выглядит? Возможно, он тоже к нам придет? Вдруг он понравится Эвелин.

– А какие мужчины нравятся Эвелин?

– Любые. Главное, чтобы ему было не меньше восемнадцати и не больше восьмидесяти. У нас тут куча еды, так что приводи его в любом случае, даже если он столетний старик.

Джеймс рассмеялся:

– Наверное, ваша соседка назвала бы Генри «лакомым кусочком». Он готовится к поступлению в медицинский институт и подрабатывает садовником, чтобы накопить денег на учебу. Не сомневаюсь, он будет счастлив, что его пригласили на пикник. И Эвелин ему наверняка понравится.

Еще Джеймс спросил, не принести ли ему вина, но я сказала, что все, что ему нужно, – это постараться как можно сильнее проголодаться.

Я положила трубку и сказала Флоре, что к нам придет Генри.

– Кстати, Джеймс даже не спросил, что это за приз такой – «Поскольку».

– Неудивительно. Он, наверное, не разобрал, что это ты такое промямлила.

– Ты тоже можешь мямлить. К нам подошла Эвелин:

– Что теперь делать? Посыльные уже все расставили.

Когда она берется помогать, то вскоре начинают раздаваться крики и вопли. Поэтому я предложила ей сесть у окна и встречать своего нового бойфренда.

– Есть вещи, о которых не шутят, например о насекомых и мужчинах.

Флора засмеялась:

– Кэрон не шутит. Твоего нового парня зовут Генри, и он хочет стать врачом.

Когда пришел Джеймс, мы уже выпили полбутылки вина.

– Плита скорее умрет, чем придет в гости с пустыми руками. Так что немного погодя ее приятель приедет и привезет цветы, а потом вернется за ней. Знаете, она обожает кататься в его грузовичке.

– А что, твоя домохозяйка – его подружка, что ли? – вступила в разговор Эвелин.

Она посмотрела на Джеймса с таким отвращением, будто взглядом можно убить человека, а цветы миссис Стоун могли бы как раз пригодиться для погребальной церемонии.

– Да нет, – рассмеялся он. – Генри просто помогает ей в саду, хотя, конечно, после того как она пожелала именоваться «Плита», от нее можно ожидать все, что угодно.

– Если этот парень готовится поступать в медицинский институт, значит, он не какой-нибудь сосунок. Так что я ему наверняка понравлюсь, – сказала Эвелин.

– Но ты же никогда не болеешь, – удивилась Флора.

– Блин, ты что, думаешь, врачам нравятся больные люди?

– Разумеется! – с негодованием отреагировала Флора.

– Возможно, Эвелин права. Если бы докторам нравились больные люди, они бы никогда не пытались их вылечить.

– По словам Плиты, он милый и послушный мальчик. Кстати, Эвелин, будь настороже: он такой великан, что вполне может схватить тебя в охапку и уволочь.

– К черту осторожность. Не могли бы вы дать мне какой-нибудь совет? Ну, как мне себя вести? В брачном агентстве меня всегда кто-нибудь напутствует.

Я неуверенно сказала:

– Ну… Не слишком наседай на него.

– Как я могу наседать на него, если я его еще даже не видела? Давайте соображайте быстрее.

В разговор вступила Флора:

– Мне кажется… Я бы посоветовала тебе… Ну, не раскладывать сегодня на обеденном столе презервативы.

Мы услышали, что к дому подъезжает грузовик.