– А как ты думаешь, он понял, что ты его снимаешь?

– Откуда? Я и сама этого не знала, пока не встала с пола, когда он ушел. Мне стало ясно, что он еще хуже, чем мышь.

– В таком случае, Флора, пока нам ничего не надо предпринимать. Бас просто скажет полицейским, что он забрал назад свои собственные вещи. Конечно, нам удалось бы доказать, что он украл копии картины Пикассо, поскольку они ему не принадлежат, но тогда нам пришлось бы рассказать и о рецепте шоколадного печенья. Понимаешь меня?

– И о чем ты только думаешь, дурочка! – посетовала Эвелин. – Да пойми ты, что даже рамочки этих фальшивок стоят больше, чем какой-то газетный лист.

– Ты сильно недооцениваешь шоколадное печенье.

– Не смей обращаться в полицию, понятно? Если твоего бывшего задержат, он в тюрьме не засидится. Даже убийц то и дело отпускают на свободу. И когда он выйдет оттуда, то проживет еще лет сорок – чтобы найти меня, времени у него будет предостаточно.

– Она права, – закивала Флора. – У него столько денег, что его только пожурят за то, что он украл эти копии. В крайнем случае привлекут к общественно-полезным работам, учитывая, что это в первый раз. И он станет выслеживать Эвелин, когда будет развозить продукты по домам престарелых.

Мне лично казалось, что Бас предпочел бы стать разбойником с большой дороги, лишь бы не заниматься благотворительностью.

– Наверное, вы правы. Я не буду ничего предпринимать.

– А зачем ты пошла в это агентство, Эвелин? Как же твой очаровательный садовник? – поинтересовалась Флора.

– Я от него без ума! – мечтательно улыбнулась Эвелин. – И он дал мне свой номер телефона. Но мне хочется его немного подразнить. Пусть он мне первый позвонит.

– И ты собираешься ждать его звонка, развлекаясь в ночном клубе с другим мужчиной? – ужаснулась наша добродетельная соседка.

– Не будь тупицей! Если бы он позвонил сюда, то что бы я ему сказала? А ведь парни всегда спрашивают, чем ты занималась. Поэтому мне надо было что-то придумать, не так ли?

– Ты могла бы сказать, что как раз мыла голову, – предложила Флора.

– Да, конечно! А потом пригласить его на чашечку кофе. Это слишком банально. Если бы я так ответила, он бы в жизни не позвонил мне еще раз.

– Возможно. Я как-то об этом не задумывалась.

– Так как насчет Баса, Кэрон? Мы ничего не забыли?

– Лично я пытаюсь все забыть. Ты имеешь в виду, что мы будем делать, когда Бас обнаружит целую кипу подделок?

– Поразительно, он все-таки решился появиться в нашем доме.

– Наверное, он был уверен в том, что ему удастся завладеть рецептом. А потом уже и закон не страшен. А тот воришка, которого он подослал, даже не сумел забраться внутрь, потому что его остановил Генри. А теперь Эвелин была свидетельницей грабежа.

– Ой, нет, нет! Теперь он меня точно прикончит.

– Подумай, Эвелин. Может, он взял что-то еще? – спросила я.

– Я ничего не заметила. Слушайте, вы двое. Мне нужна ваша помощь. Как вы думаете, он меня пристрелит?

– Возможно, стоит припугнуть его? Сказать, будто у нас есть видеокассета с его подвигами? Таким образом мы сможем защитить Эвелин. Разумеется, я не стану сообщать, что там видно только его левое колено.

– В детективных романах так не делают. Понимаешь, сейчас он думает, что Эвелин уверена, будто он француз, который назначает свидания через брачное агентство.