Разумеется, это не значит, что я собственными руками высаживала деревья и расстилала ковры. Этим занимались другие люди, но они следовали моим указаниям. И ведь мне действительно удавалось добиться впечатляющих результатов! Подумав об этом, я почувствовала себя намного лучше. Бас купил для меня самокат, но ему не нужно было отталкиваться от земли ногой вместо меня, чтобы он поехал.

Видимо, моя проблема заключается в том, что я слишком часто себя жалею. Моя стычка с Джеком Ховардом – подтверждение того, как глубоко я уязвлена тем, как обошелся со мной Бас. Это всегда так: если ты уверена, что добьешься успеха, то дела пойдут хорошо; а если ты думаешь, что бедна, как церковная мышь, вор украдет у тебя последнюю буханку хлеба. Начнешь себя жалеть – и повод непременно появится.

Пусть у Баса остались все деньги, которые я заработала. Но мое будущее в моих руках. И он вовсе не виноват в том, что меня захватило меланхолическое настроение. Страх возник не потому, что я чувствовала себя нищей и беспомощной страдалицей, которую унизил богатый высокопоставленный злодей. Я сама себя запугала, и моя самооценка упала до такой степени, что мне стало тяжело даже видеть кого-то более удачливого и богатого, чем я. Но тот же Бас начинал с нуля, и когда ему было столько же лет, как мне, то у него, возможно, денег было даже меньше. Но к тому времени, когда ему исполнилось тридцать, ему уже удалось потрепать нервы многим успешным дельцам. Дело не в том, что у него были власть и деньги, а у меня их нет. Не деньги делают из дочери Евы женщину, а наоборот: женщина делает деньги.

Что ж, перспективы у меня есть. Я уставилась на отклеивающиеся обои, раздумывая о том, сколько денег осталось у меня на счету. Разумеется, без работы мне оставаться нельзя и нужно придумать, что делать дальше. В одном я была уверена. Раз я так горевала из-за всего, что было связано с Басом, значит, мне так и не удалось избавиться от мыслей о нем. Мне нужно было как-то отвлечься, начать думать о чем-то более увлекательном, чем месть. Бухгалтерский учет для этой цели не совсем подходит. Честно говоря, мысли о работе навевали на меня сон.

На следующее утро я проснулась с головной болью. Похмелье, что ли? Надо было выпить не две порции джина с тоником, а больше, чтобы в этом страдании был хоть какой-то смысл. Даже теплая ванна не доставила мне удовольствия. Надеюсь, это не последняя ванна в моей жизни. Я опять оделась во все черное, так же, как в день собеседования. Не думаю, что Оукли так веселилась из-за моей манеры одеваться. Если бы мне хотелось выглядеть как монашка, я бы всегда носила такую одежду.

В почтовом ящике я нашла открытку из Парижа. Она меня тоже не порадовала. На ней была изображена картина Пикассо, но не та, которая висела у меня в спальне. Мне было некогда думать об этом. Я кинула ее в сумку и поспешила на работу. Было еще рано. Наверное, я единственный человек, который вовремя прибывает на место казни.

Я изобразила веселость, когда в очередной раз услышала диалог двух дам у лифта. Потом подушилась у прилавка. Но даже этот прелестный запах не развеял мою печаль. Мне определенно была нужна новая работа, чтобы я смогла достичь тех высот, о которых мечтала вчера ночью. Но мне бы не хотелось, чтобы и на новой работе пришлось неспешно прогуливаться по лондонским улицам и простаивать на перекрестках.

Я постаралась вспомнить, где в нашем универмаге находится почтовое отделение. Флора показывала его мне, проводя экскурсию по магазину в первый день. Когда я сказала клерку, что хотела бы купить марку, он ответил, что они их не продают.