— Подумайте вот о чем, — терпеливо отозвался предводитель. — Архимаг сказал, что ему уже известно о заговоре, цель которого сделать это. Поскольку никто из нас ни о чем подобном даже не подозревал, возможно, это лишь порождение их паранойи, или же некий неизвестный нам союзник в каком-нибудь Выровненном городе набрел на знание, которым не обладаем мы. Однако замок считает, что этот заговор — наша затея. Что означает, в свою очередь: это не может противостоять нашим интересам, как некоторым, возможно, показалось.

Лиха взглянула на разбойника почти с жалостью.

— Мы не знаем даже, кто эти вероятные заговорщики. Возможно, какому-нибудь дураку с суицидальными наклонностями захотелось весь мир покрыть пеплом. Может, какой-то пьяница на углу улицы наболтал о придуманной им чепухе или из пленного под пытками выбили «признание». Возможно, кого-то неправильно поняли. Заговорщиком может быть кто угодно. Или вообще никто. К тому же мы сейчас еще дальше от того, что знаем наверняка. Не думаю, что это дело заслуживает голосования. — Остальные молчали. — Мы не видели тот амулет, о котором ты говорил.

— Но ведь мои сведения пока казались вам вполне правдоподобными? — спросил Анфен, догадываясь, что дело безнадежно. — В военных действиях всегда есть определенная цель — и цена. Наша цена неизвестна. Наша цель заключается в том, чтобы забрать украденную у двенадцати городов власть, отданную в руки одного человека.

Мэр Йинфеля, Извен, добавил:

— Цель: оставить Стену в покое, не подвергая себя неизвестным последствиям. Цена: Ву остается у власти и однажды подчиняет себе все города. Цена неприемлема. Я достаточно услышал. Голосую за предложение Анфена.

Разбойник удивленно моргнул, молча ожидая продолжения.

Тантон и Высокие Скалы были двумя городами из шести, расположенными в виду Стены. Их мэры сидели с мрачными лицами, ничего не говоря и не участвуя в развернувшейся дискуссии. Анфен и не ожидал поддержки с их стороны. И разумеется, мэр Оусен из Высоких Скал произнес с сарказмом:

— И как ты предлагаешь это сделать? Ты видел Стену, Анфен?

— Я никогда не заходил так далеко на юг.

— В таком случае позволь мне просветить тебя. Она тянется из-под земли к верхней точке в небе. Она врыта так глубоко, что мы не способны даже прокопать тоннель под ней. Сама же Стена может оказаться тонкой, как стекло, — или толстой, как гора. Каменные гиганты охраняют ее, стоя на страже. Они ничему и никому не позволяют приблизиться к Стене, даже другим великанам.

Эркаирн, представитель Разрозненных народов, заметил возможность заручиться доверием остальных мэров и не мешкая ухватился за нее:

— Ты когда-нибудь видел каменного великана, Анфен? Они размером с Великого Духа. Как ты намерен биться с ними? Весь твой план — чистое безумие!

— Достаточно мнения Высоких Скал. Эркаирн, вы не будете голосовать в этом вопросе, если только мои коллеги не решат оспорить сие решение, — сказал Ильгрези. Эркаирн начал было протестовать, однако мэр Эльвури не обратил на него ни малейшего внимания. Его черные зубы вновь обнажились в странной гримасе, адресованной Анфену. — Что же до цели этого обсуждения, давайте предположим, что это можно сделать. Разговор пойдет не о том, как можно реализовать столь смелый план, а о том, стоит ли вообще это делать. И хотя предложение Анфена определенно заслуживает голосования, Лиха, я принял решение. — Ильгрези сделал глубокий вдох и выдал: — Я против.

Оусен из Высоких Скал снова выступил:

— Против. Мой город ближе всего к Стене. Покажите мне послание, сохранившееся в вашем таинственном амулете, и я обдумаю этот вопрос еще раз.

Лиха из Фейфена покачала головой, словно комната на ее глазах превратилась в цирковой шатер:

— Против! Даже если бы я видела амулет и заключенные в нем сведения, я бы все равно сочла бы это предложение нелепой попыткой отвлечь наше внимание от армий, собирающихся поблизости в эту самую минуту.