Голова чудовища поворачивалась то в одну сторону, то в другую по мере того, как оно проходило мимо окон. Его глаз, не обращая ни малейшего внимания на череду людей, одетых в балахоны, безразлично скользнул по дверному проему и на мгновение — или же Кейсу просто померещилось — замер на том месте, где стоял незваный гость. Для такого монстра раздавшийся голос прозвучал слишком мягко, вежливо и спокойно, словно говорил образованный, мудрый человек:

— Скажите-ка мне, кто из вас носит амулет?

Наблюдатели за окнами мгновенно оторвались от своих свитков и как один повернулись к магу.

— Не я, Архимаг.

— И не я.

— Не я, Архимаг.

Каждый отрицал. Губы Архимага дернулись на более-менее здоровой стороне его лица. Он терпеливо ждал, пока каждый наблюдатель отчитается, на что потребовалось несколько минут, а затем произнес:

— Неужели никто? Никто из присутствующих здесь не носит амулета?

Ответа не последовало. Наблюдатели вернулись к своей работе. Драгоценный камень, заменявший магу второй глаз, блеснул под лучами света и завертелся в глазнице, заставив плоть вокруг сморщиться, и огромная голова чудища стала медленно поворачиваться, словно сканируя зал.

— Не имеет значения, — наконец произнес он, побарабанив пальцами по тяжелому посоху. — У таких вещей есть множество функций. И использовать их можно по-разному.

Было нелегко интерпретировать выражение изуродованного лица, однако Кейсу показалось, что Архимаг погрузился в глубокие раздумья, словно что-то его очень обеспокоило. Он резко развернулся и похромал прочь, куда поспешнее, нежели на пути сюда, и уже не обращая внимания на окна.

Кейс закрыл глаза, глубоко вздохнул и решил, что он уже насмотрелся на всяких странных типов и на это место. Ему до ужаса захотелось выбраться отсюда, отыскать где-нибудь таверну и выклянчить кружку местного эля. После всего пережитого он был готов петь и танцевать, развлекая зевак, если это поможет получить желаемое.

Старик вприпрыжку помчался прочь, уже не думая о людях в балахонах, мимо которых проходил, сшибив парочку и оставляя за собой череду озадаченных лиц. Зал с окнами наконец закончился, свернув в другой коридор, только куда более узкий.

— Где Ву? — заорал Кейс, схватив за шкирку первого попавшего типа в балахоне. — Ваш король и президент или кто он там… Где он?

Молодой человек прищурился:

— Это вы, Архимаг?

— Конечно. Если тебе так угодно, — не стал спорить Кейс.

— Но я вас не вижу, Архимаг!

— Разумеется, нет! Я владею силой.

— Могущественной силой, Архимаг. Это проверка, Архимаг?

— Где этот Ву?

— Наш Друг и Владетель пребывает в своих покоях. Ему недавно подали обед. С тех пор никто его не беспокоил, Архимаг.

— Где его покои, ты, уродливый ублюдок?

Молодой человек робко поднял руку, указывая на что-то за спиной Кейса. Там оказалась та самая дверь, которую описывала крылатая женщина, со скрещенными шпагами над косяком. Она была приоткрыта. Кейс уверенным шагом направился было к ней, но вовремя спохватился. Ладно. Если именно это ей нужно… Он проберется внутрь, выполнит задание, а затем можно будет потребовать выпивку в награду, и тогда эта женщина расскажет, что случилось с Эриком. Слишком много времени потрачено зря на это мерзкое дело, чтобы сейчас его провалить. «Сделай все как положено, Стюарт Кейси, хотя бы раз в жизни!» — велел себе пьяница, собираясь с духом.

За дверью виднелась огромная комната с тяжелыми книжными полками вдоль одной стены, толстым ковром на полу в центре, щедро покрытым узорами из золотой нити. Горящие свечи на массивных подсвечниках заливали комнату ласковым янтарным светом.