«Выходит, мы одновременно крутили отношения с противоположным полом, только я удовлетворился простым решением, а этот балбес решил штурмовать горные вершины».

Время было позднее, и звонить Надежде, чей номер и адрес Март без труда отыскал в телефонном справочнике, показалось ему не слишком удобным. Но делать нечего. К сожалению, взявший трубку слуга не захотел ничего слушать и, пролопотав на ломаном русском: «Господина изволит спать, звоните завтра, пожалуйста», – повесил трубку.

В груди неприятно кольнуло нехорошее предчувствие, а интуиции одаренному следовало доверять. По-хорошему, следовало посоветоваться с опекуном, но Зимин, как назло, опять задерживался, а мерно тикавшие башенные часы в гостиной наглядно показывали, что время безвозвратно утекает.

Делать нечего, Колычев быстро оделся, завел своего стального коня, включил фару и, выйдя в «сферу», помчался по ночному асфальтовому серпантину в центр, выжимая из аппарата максимум. В некотором роде это было увлекательное, пусть и короткое, путешествие. Дорога не заняла много времени, и уже через десять минут он, заглушив двигатель и погасив свет, остановился перед домом семейства Ли.

Дальше оказалось просто. Не выходя из «сферы», он осмотрел все этажи здания, без труда отыскав комнату девушки. Перемахнув через ограду и успокоив пару грозного вида псов, выпущенных дворником с наступлением ночи для охраны покоя хозяев, он с ловкостью настоящего мастера паркура, разогнавшись, взбежал по стене и, оттолкнувшись, уцепился за балкон второго этажа. Дальше пришлось пройти по карнизам, и вот он у распахнутого настежь по летней жаре и прикрытого только тончайшей кисеей занавески окна. С кровати раздался короткий испуганный вскрик.

– Добрый вечер, Надежда Николаевна, – поспешил успокоить ее молодой человек. – Не извольте беспокоиться, это всего лишь я, Мартемьян.

– Колычев? – облегченно вздохнула девушка. – Боже, как ты меня напугал!

– Покорнейше прошу меня простить, но дело важное…

– Тебя учитель хороших манер из нашей гимназии покусал? – перебила его Надя, затаскивая припозднившегося визитера внутрь комнаты.

– Что? – смешался не ожидавший подобного Март.

– Что ты выкаешь, как на приеме. Говори по-человечески, что случилось?

– Витька пропал!

– И ты решил, что он заночевал у меня? – возмутилась мадемуазель Ли.

– Нет, конечно, но я подумал…

– Что я – шлюха? – прошипела красная от злости девица, пытаясь прожечь незваного гостя презрительным взглядом.

– Нет. Но, может быть, ты его видела сегодня?

Некоторое время они играли в гляделки, но потом Надя как будто успокоилась и легким движением накинула на себя легкий шелковый халатик. Приведя себя, таким образом, в порядок, барышня совершенно успокоилась и, устроившись поудобнее на кровати, призналась:

– Ну, вообще-то видела.

– Где? – спросил Март, отметив про себя, что у девушки незаурядное самообладание.

– Он меня у гимназии встретил.

– В каком смысле?

– В романтическом! Колычев, не тупи! Ну да, встретил, букет преподнес, проводить предложил, что непонятного-то?

– Что потом?

– Мороженым угостил!

– Я не об этом.

– Господи боже, какой же ты нудный! Проводил до дома, и мы расстались.

– И все?

– Если ты ожидал пикантную историю, то не угадал.

– Я имел в виду, – ледяным тоном уточнил Колычев, – что ты, возможно, знаешь, куда он пошел?

– Нет, – вздохнула Надя, после чего спросила уже другим тоном, в котором явно проступило беспокойство: – Ты думаешь, с ним что-то случилось?

– Пока не знаю, – мрачно отозвался Март.