Второй раз тогда, когда не проснулся и не подтвердил запуск реактора, оставшись просто грудой металла для пролетающих над ним орбитальных истребителей противника.

Так что его везение работало и сейчас, перенесясь вместе с ним куда-то на окраину галактики.

И это не был ни параллельный мир, ни альтернативная реальность, — он попал на самую главную войну, которую когда либо вели разумные.

И теперь, вися на ремнях в кабине робота, у него не было иного шанса выжить кроме как приспособиться к этому миру, тем более что при существующих здесь технологиях, он мог надеяться когда нибудь вернуться на свою родную планету.

***

Туман медленно рассеивался. Память услужливо проматывает произошедшее с ним.

Вот он снимает деньги в банкомате, на удивление выбрав самую долгую очередь.

Вот бежит от толпы гопников, громко топая своими огромными ботинками.

Короткая драка, в которой Жека убивает несколько человек. И последнее что он помнит — исчезающий пол, и полет в пустоту.

Потом дым. Вспышка. И снова темнота.

Неужели выжил? Если память не изменяет, — лететь этажа четыре?! — Повезло?.. Бред...

Открыв глаза Жека видит перед собой темный экран, множество кнопок о назначении которых остается только догадываться, и пошевелившись замечает, что так и прицеплен к странному устройству, на котором он полу-сидя — полу-висит.

— Надо выбираться отсюда. — бормочет он.

Часть боковой стены тут же исчезает, плавно съезжая в сторону, а ремни, поддерживающие тело в таком странном положении, втягиваются в кресло, освобождая своего пленника.

— Ух ты ж... — До Жеки начинает доходить реальность происходящего, — он много читал про людей которые, — естественно в фантазиях авторов, — попадают в другие миры, и понимает что ему повезло, или не повело, стать одним из этих самых попаданцев. Отчего-то нисколько не удивляясь этому открытию, с интересом посматривает по сторонам обдумывая сложившуюся ситуацию.

Вокруг руины. Видно что еще совсем недавно здесь кипела жизнь: вот пара странноватого вида машин, — раздавленных обрушившимся зданием, разбитая витрина магазина, — на полках которого еще лежат какие-то товары, разбросанные тут и там детские вещи, пока не тронутые тленом.

Мысли хаотично носятся в голове, постепенно оформляясь во что-то осмысленное.

Первое: Я жив. Это несомненный плюс.

Второе: Я не ранен, место, куда воткнули нож, даже не болит.

Третье: Я сижу на камнях, а передо мной лежит боевой робот. Мой боевой робот!

Все остальное тут же уходит на второй план, и Жека, больше не обращая внимания на следы развернувшейся здесь трагедии, обходит со всех сторон огромную машину, и потерев руки лезет обратно в кабину.

Здесь все так же. То, что он принял за кресло, оказывается неким подобием человеческого тела, что-то вроде экзоскелета, навалившись на который спиной, он тут же оказывается оплетен ремнями и притянут вплотную к ложементу.

Экран загорается и и на нем всплывают две кнопки.

Запуск ректора? Да — Нет.

Жека мысленно, а потом еще и вслух произносит — Да. И гигантская машина, чуть задрожав, поднимается, перетаптываясь с ноги на ногу, в попытках поймать равновесие.

Экран мигает, и на нем появляется понятный текст, сразу же озвучиваемый приятным женским голосом.

— Приветствую тебя, пилот. — На экране возникает лицо симпатичной молодой женщины.

— Кхм.. Ты кто? — Мысль о том что он спятил, снова приходит ему.

— Искусственный интеллект тяжелого боевого робота — «Мурена»

Так, стоп. Это же не по-русски? Почему я понимаю этот язык? Причем так, что даже думаю на нем? Как такое может быть?

— Когда ты был без сознания я провела небольшую коррекцию, вложив тебе в голову необходимые знания.