– Ну я, – цыган внимательно уставился на меня. – Так Каленый кони двинул.

– Потому и мог сказать, – я демонстративно сплюнул, так же как Золотой раньше. – Так что, базарить будем или рубиться начнем? Мне лично по хрену, я за брата так и так спрошу.

– Слышь, твоего брата никто не заставлял, – все же выбрал путь переговоров цыганенок. – Он сам лавэ занял, сам их потом проиграл. А долги надо отдавать. Так что вы не правы. Это беспредел и люди за него спросят.

– Ему тринадцать лет, там мяса в башке вообще нет, – я зло оскалился. – Какого ему вообще бабло дали? Вы чего, попутали что-то, черти?! На детях нажиться решили? И ты, баклан, про беспредел говоришь?!

– Базар фильтруй, – Золотому не понравились предъявы, и он набычился. – Уважаемые люди порешали и сказали: беспредела тут нет. Никто никого силком не тянет. Так что со своим щенком сам вопрос решай. А лавэ ты отдашь. И долг, и еще две сотни за весь кипеж. Не отдашь сразу – каждый день сумма будет расти. Но… есть другой вариант. И долг отдавать не придется, и капусты срубите.

– Ну базарь, – я сделал вид, что мне как бы все равно, но на самом деле интересно. – Что за тема?

– Да я смотрю, ребята вы резкие. – Цыганенок довольно ощерился. – Нам такие нужны. Короче, будете делать, что я скажу, – будете хрусты на кармане иметь. Оденетесь хоть нормально, не в «индию». Во, видал? – Золотой оттянул ворот олимпийки. – Адидас! Натуральный немец, понял? За триста пятьдесят брал! И кроссы тоже адики. Хочешь так же, я помогу. Без фуфла. Сведу с нужными людьми, места покажу. Вы подумайте, пацаны. Что там твой брат должен? Полтинник? Так это вообще не бабки! Просто забудем и все. Ты знаешь, сколько мы тут рубим? По косарю на нос бывает! Понимаешь? Можешь еще одну такую вон тачку взять.

– Косарь, говоришь, – я переглянулся с со своими ребятами. – Заманчиво, мля. Только есть проблема. Шестерить на тебя я не буду. Не по рангу мне под фраерами ходить. Вот если ты под меня пойдешь – тогда другое дело. Буду тебе лавэ немного отстегивать на жизнь босяцкую. Что скажете, пацаны, возьмем Золотого? Кстати, мне всегда было интересно, почему у вас так детей называют. Это же от золотаря? А то, как ни посмотрю, вечно в говне живете. Воруете, наркоту толкаете, побираетесь. Одним словом, цыгане. Ненавижу, млять, цыган.

– А ты борзый! – рассмеялся Золотой, но веселья в его голосе не слышалось, а была лишь злость. – Валите их! Этого не трогать, я сам ему кишки выпущу!

– Ну иди сюда, сучий потрох! – я тоже оскалился и шагнул противнику навстречу, глазами указав Данилу на второго Разрядника. – Натяну тебе глаз на жопу, дорогой ты мой человек-паук!

Глава 25

Владеть ножом Золотой умел, к тому же явно использовал какую-то технику, так что лезвие буквально расплывалось в воздухе, создавая режущую плоскость. Только вот все эти цыганские приемы не шли ни в какое сравнение не только со школой Выгорского, но и с родовым стилем Персивер. Уж чего-чего, а работать против ножа потомственные стражи умели как никто другой. Мне даже палки не нужны были, хотя с ними было бы куда сподручнее, но и так я легко уворачивался от широких размахов, уводя противника в сторону, чтобы он не зацепил ребят.

К счастью, никто кроме Золотого за оружие не взялся, но это пока. Второго Разрядника уже связал боем Карпов, не давая ему разойтись, и ставка цыгана на напор не сыграла. Оставшиеся двое Юниоров не тянули против троих наших, кроме того, класс ребят был на порядок выше.