– Проблем нет, – сказал я. – А что такое?

– Все спокойно, да?

– Более чем.

– И никто из твоих сотрудников лично для тебя проблем не создает?

Мартынова я знаю давным-давно. Он меня вытаскивал из таких передряг, когда казалось, что ничто помочь мне уже не в силах. Вытаскивал не по службе, а по дружбе, просто от хорошего ко мне отношения. И если он мне сейчас задавал такие вопросы, это означало, что у меня возникли какие-то проблемы. Или не у меня, а у кого-то рядом со мной?

– Кто? – спросил я.

– Демин, – коротко ответил Мартынов.

Мы с ним были в настолько хороших отношениях, что юлить ему не было никакого смысла.

– Он у тебя администратором? – спросил Мартынов.

– Да.

– И каков он в работе?

– У него талант все организовывать.

– Так уж и талант? – ровным голосом произнес Мартынов, только в конце фразы изменением интонации обозначив знак вопроса.

– Действительно талант, – воздал я должное Илье. – Он может организовать все и всегда. Если для съемок нужно, чтобы посреди зимы в кадре пальмы зеленели – они будут зеленеть. Если нужно, чтобы «Запорожец» гонял быстрее «Мерседеса», – значит, будет такая машина изготовлена.

– Толковый мужик.

– Толковый, – признал я очевидное.

– Настоящий администратор.

– Настоящий.

– Финансовые вопросы он у вас решает? Или ты?

– А что такое? – насторожился я.

Когда прокуратура начинает интересоваться финансовыми делами, добра не жди.

– Я задал вопрос, – напомнил Мартынов.

– У нас фирма, – сказал я. – Нас трое учредителей: я, Илья и Светлана. Так что деньги вроде как общие.

– Финансовые документы кто подписывает? Чья подпись на платежках стоит?

Мартынова не обманешь и за общими фразами не укроешься. Он собаку съел на прокурорской работе.

– Я подписываю.

– А Демин, значит, совсем к этому никакого отношения не имеет?

– Ну, он тоже решает, – сказал я осторожно.

– Точнее! – попросил Мартынов.

– Поскольку он хозяйственными вопросами ведает, многое через него идет. Он приезжает ко мне, привозит счета…

– Какие счета?

– «Запорожец», к примеру, такой сделать, чтобы он быстрее «мерса» ездил, – это ведь кучу денег стоит. Находим фирму, которая движок новый поставит, подвеску усилит, ну, в общем, сделает из «Запорожца» какой-нибудь «Феррари», только замаскированный. Ребята это чудо сотворят, а потом нам счет выставляют.

– И ты платишь, – понимающе сказал Мартынов.

– Конечно, перечисляю деньги.

– А предварительно с теми ребятами кто договаривается? Демин?

– Демин.

– Значит, и от него там что-то зависит?

– Что от него зависит?

– Кому достанется заказ. И какую сумму вы заплатите.

– Ну при чем тут сумма? – поморщился я.

– При том, что заказ вам может обойтись дешевле, а может и дороже. Тебе известно такое слово – «откат»?

– Известно, – нехотя ответил я.

Откат – это когда ты проплачиваешь кому-то за что-то некоторую сумму, а тебе те люди в благодарность часть той суммы возвращают наличными в конверте, благодарят лично тебя за то, что ты дал им возможность заработать. То есть, по версии Мартынова, и наш Илья Демин запросто может с кем-то договориться. Он именно этих людей назначает исполнителями наших задумок, позволяет им заработать, а они при этом с молчаливого согласия Ильи завышают смету расходов, выставляют нам большие счета, позже возвращая Демину часть денег, «откатывая» ему за предоставленную возможность погреть руки.