Изменить размер шрифта - +
К концу недели я почти забыла о том, что со мною произошло. Правда, информация, почерпнутая мной на стоянке, была тщательно записана в подобие делового блокнота, который я всегда носила в сумке. И ждала, когда наступит её черед.

Тот день ничем не отличался от остальных. Так же, как и всегда, я ползком вернулась домой с работы. День был самым обычным – не лучше и не хуже, чем остальные. Поэтому я безумно удивилась, когда ещё в прихожей муж протянул мне пакет.

– Что это? – я не совсем отошла от работы, поэтому не сразу врубилась, что муж держит в руке.

– Этопришло сегодня днём на твоё имя. Почтальонша принесла. Ты же знаешь, как сейчас выслуживаются за каждый рубль. Вот и принесла домой.

– Но что это?

– Бандероль. Обычная почтовая бандероль. Довольно лёгкая по весу.

– От кого?

– А вот это, я надеюсь, скажешь мне ты.

Я взяла в руки пакет. Он был совсем небольшой. Завёрнут в коричневую бумагу, с кучей штемпелей. Заклеен. Адрес написан кривыми печатными буквами, чёрной ручкой. Правильно указаны индекс, город, улица, номер дома, квартира. И моя фамилия: Тимошиной Наталье лично. Адрес отправителя был следующим: индекс и название нашего города, улица Морская, дом 10, Гароев Р.В.Сначала я не могла прийти в себя от шока, но потом машинально воскликнула:

– Но ведь у Гароева совершенно другой адрес!

– Как, ты знаешь, кто это? – насторожился муж.

– Конечно. Это один из наших главных клиентов. Я веду его контракт и прекрасно знаю его адрес. Он живёт на бульваре Мира! Ни про какую Морскую улицу я и не слышала! К тому же, с чего вдруг ему посылать мне по почте какую то бандероль? Это чушь, нелепость! У нас не настолько близкие отношения!

– Неужели? – усмехнулся муж. – И ты прекрасно запомнила его адрес? Адрес своего клиента, одного из многих? Ты помнишь в таких подробностях, где он живёт?

– Разумеется! Именно сегодня я занималась его контрактом. И потом, в нашем городе никакой Морской улицы нет! В нашем городе нет моря! Откуда же взяться морской улице?

– Разумно, – согласился муж, – да, я совсем забыл сказать. Бандероль была с уведомлением о вручении. Ты должна была расписаться. Я сделал это вместо тебя. Твою подпись может подделать кто угодно.

Это было правдой. Я расписывалась легко. Распечатала пакет. Под бумагой оказалась белая картонная коробка. Я раскрыла её…

– Так… – жутким тоном произнёс мой муж.

В коробке лежал запечатанный в фирменную упаковку флакон моих любимых духов «Пойзен». Я застыла с флаконом в руке…

– И ты хочешь сказать, что с этим типом ты не в настолько близких отношениях? – продолжал шипеть муж, – не в таких близких, чтобы он посылал тебе по почте флакон духов стоимостью в пятьдесятдолларов?

– Послушай… – дар речи возвращался очень медленно, – я не понимаю, что происходит! Здесь какая то ошибка. Гароев не мог послать мне эти духи! Я не знаю, кто… какая то глупая шутка! Нелепость!

– Хороша шутка! Великолепный розыгрыш! Ни одна женщина не отказалась бы от такой нелепости!

– Духи предназначены не мне! Я не знаю, кто их послал!

– Но ведь на коробке прямо написано – Гароев.

Это был достаточно большой флакон, стоящий не меньше пятидесятидолларов. По видудухи не походили на подделку. Я распечатала их– натуральный аромат, настоящие духи высокого качества, совсем новые. Неужели Гароев действительно мог их послать? Мысль мелькнула внезапно, и я предпочла высказать её вслух:

– Послушай, но еслия действительно была с Гароевым в каких то отношениях, он бы передал мне духи при встрече! Зачем посылать по почте? Тем более вот так, бандеролью, которая может пропасть? Где ты такое видел?

– Честно говоря, нигде! Я нигде не встречал такой грязной, отталкивающей лжи! Ты просто дешёвая необразованная шлюха, которую я вытащил с панели!

– Не смей! У тебя нет повода так меня оскорблять!

– Нет повода? Да за такое большинство мужчин уже выкинули бы тебя вон за дверь вместе с твоими дешёвыми турецкими шмотками с базара! Твои вещи такие же дешёвые, как и ты сама! Шлюха, дура без капли мозгов!

– Я же ничего не сделала! Из за чего ты взбесился? Из за какого то дурацкого флакона?

– Я и так относился к тебе слишком по доброму! Пора это изменить!

– Да, действительно! Только менять буду я, потому, что до сих пор жалею, что вышла замуж за такого урода!

– А кому ты вообще была нужна?

Я вылетела из комнаты, не способная больше продолжать разговор, по прежнему сжимая в руке злополучный флакон.

Быстрый переход