Мгновение Сабина колебалась, ища подходящий ответ.

– Все знают, что у Пламенной нет мужа.

– Значит, Ричард родился вне брака? – на его лице появилась усмешка превосходства, а ей захотелось рассмеяться от всей души. Ситуация действительно была забавной. Гаррет не догадывался, что сидит за одним столом с собственной, горько оплакиваемой женой. Она могла дурачить его и манипулировать им, сколько хотела.

– Отец Ричарда уже был женат, когда я впервые увидела его.

– Вы тогда, наверное, были очень молоды?

Она нашла возможным сказать ему правду, обратив ее в шутку:

– Возраст не помеха любви.

Гаррет сердито сжал губы. Стало очевидно, что игра больше не доставляет ему удовольствия.

– Если я опять неправильно себя повел, то прошу прощения, но я должен знать – испытываете ли вы ко мне хоть сколько-нибудь теплое чувство?

– Я совсем не знаю вас.

Сабине не нравился путь, на который он хотел подтолкнуть их оказавшуюся слишком серьезной игру. Он заставлял ее разбираться в собственной душе, а она не была к этому готова.

– Как я могу ответить на вопрос, на который я не знаю ответа?

Она встала из-за стола, подошла к двери, собираясь уходить, но Гаррет задержал ее. Он опустил руки ей на плечи и повернул лицом к себе, почти прижав ее к стене. Сабине некуда было деться, Гаррет оказался слишком силен и массивен. От волнения у нее в горле пересохло. Ей хотелось исчезнуть сию же секунду из этого чужого дома и в то же время страстно хотелось, чтобы его губы коснулись ее губ.

20

Когда Гаррет поцеловал Сабину, его грубая настойчивость вдруг сменилась удивительной нежностью. Ласковое тепло разлилось по ее телу, начиная от губ, к которым прижались губы мужчины.

Он гладил ее волосы, объятия его не становились слабее. Сабина чувствовала, как напряжены его мускулы, и волнение Гаррета передавалось ей. Она как бы тянулась ему навстречу. Ее рот раскрылся, требуя более глубокого, более проникающего поцелуя.

Гаррет на мгновение чуть приподнял голову и прочел в ее глазах готовность сдаться. Смущенная тем, что выдала свои чувства, Сабина спрятала лицо у него на груди. Она услышала, как гулко колотится его сердце, – он был так же возбужден поцелуем, как и она.

Гаррет снова наклонил голову, и их губы опять слились. Ей все труднее становилось удержать в сознании мысль, что он опасный человек. Наоборот, она была почти счастлива оказаться в объятиях обретенного ею, наконец, супруга и желала, чтобы эти объятия и поцелуи длились как можно дольше.

Но в его ласках наступила пауза. Гаррет слегка отстранил ее от себя, улыбнулся, увидев, как разрумянились ее щеки, и произнес:

– Если б я не знал, что вы превосходная актриса, то наверняка бы решил, что передо мной действительно невинная девушка, какой вы притворяетесь.

Сабина молча позволила ему увести ее вновь в глубину слабо освещенной комнаты, где свечи в серебряных подсвечниках уже почти совсем догорели. Зато пейзаж за окном проявился в полной своей красоте, а луна залила своим волшебным загадочным светом все темные уголки.

Она шагнула к окну, чтобы ощутить ночную свежесть и привести в порядок закрученные в бешеном хороводе мысли.

Гаррет встал за ее спиной, снова обнял и начал гладить ее плечи и руки.

– Я должна уйти, – сказала Сабина, но интонация ее голоса противоречила произнесенным ею словам.

Гаррет поднял руку и пропустил меж пальцев ее шелковистые локоны.

– Разве вам хочется этого?

– Нет… да… Я растерялась… Я сама не знаю, что говорю.

Он снова привлек ее к себе.

– Что вы творите со мной?! – В его тоне слышалось искреннее страдание.