Некоторые вещи сомнению не подвергают.

Например, ты вышла замуж за мужчину, считая достаточно противным уже то, что он лиадиец и Тоделм Клана, который, как выяснилось уже потом, относится к пятидесяти, считающимся Высшими. И этот мужчина, ради которого ты готова перерезать себе горло, лишь бы он остался цел, приходит к тебе в ночь перед уходом на задание, откуда может уже не вернуться, и говорит так спокойно: «Шатрез, ты должна знать вот что: я по рождению Наделм Клана Корвал. По праву нашего брака ты — Наделмэ. Если я погибну, ты должна взять Кольцо и как Делм обеспечивать безопасность Клана Корвал».

Выслушав это, ты киваешь, в темноте обнимаешь его и не спрашиваешь: «И у кого я должна брать это Кольцо и почему они должны мне поверить?» И ты не говоришь: «А почему ты так уверен, что я тебя переживу?» Ты просто киваешь, обнимаешь его и слушаешь, как бьется его сердце. А потом ты его отпускаешь, и ночь проглатывает его, словно его и не было никогда.

Глядя на золотого ястреба у себя на ладони, Мири думала и о том, что не спросила, почему Джейсон назначил ее своей преемницей на тот случай, если в эту войну он найдет Нирвану. Она просто взяла знак отряда и не поднимала шума, а теперь держит его у себя и молит всех богов войны и мира, чтобы ей никогда не понадобилось демонстрировать этот знак.

Мири приколола знак к подкладке на рукаве, застегнула боевую куртку и посмотрела на свою высокую тень.

Он смотрел на нее с высоты своего роста: бдительный взгляд голубых глаз, бесстрастное смуглое лицо. В целом она к нему привыкла, но бывают моменты — вроде вот этого, — когда у нее по позвоночнику идут мурашки, и она вспоминает, кто он такой.

«Идешь в бой с икстранцем за спиной. Робертсон, если бы знать, что ты свихнешься, лучше было оставить тебя на Кламасе».

Мири со вздохом выпрямилась и мрачно улыбнулась своему адъютанту.

— Ладно, Красавчик. Давай их собирать и отправляться.

Они уселись в кузове большого грузовика без всякого порядка — и машина поехала по тряской грунтовой дороге. Капитан назначила в свой отряд трех лейтенантов, назвав их, как положено, Первым, Вторым и Третьим. Назначила она и сержантов. Потом младшие командиры распределили людей по взводам.

Другого и нельзя было ждать от отряда, собранного из остатков других частей и добровольцев, спешащих в свой первый бой. Пока еще спешащих.

Капитан сидела слева от него. Глаза у нее были закрыты, но сжимавшая веревочную петлю рука не была рукой спящего. Нелирикк деликатно кашлянул.

— Капитан?

Полыхающие пламенем серые глаза распахнулись. — Угу?

— У меня не хватило времени, чтобы все закончить как следует, но я приготовил кое-что для отряда — если вы позволите.

Она села прямее и странно посмотрела ему в лицо.

Он полез в наспех собранные припасы и извлек простой матерчатый мешок, лежавший между несколькими запечатанными банками со взрывчаткой.

— Я надеялся сделать его более полным, но слава приходит к нам так быстро… — проговорил он, соединяя несколько трубок.

Устроив древко на сгибе локтя, он вытащил из мешка прямоугольник расшитой ткани и постарался как можно бережнее развернуть его в тесном и тряском грузовике.

Капитан напряженно замерла, и на секунду ему показалось, что он нанес оскорбление, что она отвергнет его дар отряду…

— Вот это работа, — сказала она, взяв часть флага в руки, и посмотрела на него, лихорадочно блеснув кошачьими глазами. — Сам придумал?

— Так точно, капитан. Дар отряду за то, что мне разрешили в него вступить. Если капитану угодно.

Имя отряда — «Первый Литаксинский Нерегулярный» — было вышито на торговом, как и подобает отряду, собранному из стольких разных источников.