– Искусство там в некотором роде сходно тому, что на ЗЕМЛЕ. Но не забывайте, что у нас на развитие его было на несколько миллиардов лет больше. Наши музыкальные произведения не основаны на чем-то примитивном, вроде нот, и ни одно из видов нашего искусства не основано на субъективном видении.

– В музыкальных произведениях не используются ноты? А что же тогда…

– Они непрерывны.

– Могли бы вы привести пример?

При этих словах прот вырвал из своего маленького блокнота лист бумаги и принялся на нем что-то рисовать.

Пока он рисовал, я задал ему вопрос: почему, обладая такими необыкновенными талантами и навыками, он ведет письменные записи своих наблюдений?

– Ну разве это не очевидно? – ответил он. – А что, если со мной что-нибудь случится до моего возвращения на КА-ПЭКС?

А потом показал мне следующее:

– Это одна из моих любимых. Я ее выучил еще ребенком.

Пока я пытался хоть что-то понять из этой «нотной записи» или уж не знаю, что это было, он добавил:

– Теперь вы видите, почему я довольно пристрастен к вашему джону кейджу[5].

– Можете напеть пару тактов из этой штуковины?

– Видите ли, я не пою. И потом, наша музыка не выражается мелодиями.

– Можно мне эту вещь сохранить?

– Считайте, что она сувенир, на память о моем визите.

– Спасибо. Итак, вы сказали, что ваше искусство не основывается на «субъективном видении». Что вы под этим подразумеваете?

– Я имел в виду, что у нас нет того, что вы называете «художественным вымыслом».

– Почему?

– А для чего это нужно?

– Ну, нередко вымысел помогает нам понять правду жизни.

– Зачем же нужно ходить вокруг да около? Почему не говорить о правде жизни напрямую?

– Правду разные люди понимают по-разному.

– Правда – это правда. То, о чем вы говорите, – это фантазия. Воображаемые миры. Скажите мне, – прот склонился над блокнотом, – почему у людей создалось такое странное впечатление, что вера и правда – это одно и то же?

– Потому что иногда правда ранит. Иногда нам надо верить в какую-то лучшую правду.

– Какая же правда может быть лучше, чем сама правда?

– Возможно, есть не один вид правды.

Прот настрочил еще что-то в своем блокноте.

– Правда есть только одна. Правда абсолютна. И избежать ее невозможно, как бы далеко ты от нее ни убежал.

Мне показалось, что произнес он это довольно грустно.

– Есть и другой фактор, – возразил я. – Наши взгляды основываются на несовершенном и противоречивом опыте. Чтобы во всем этом разобраться, нам нужна помощь. Может быть, вы могли бы нам помочь.

Он посмотрел на меня с удивлением:

– Как?

– Расскажите мне еще о вашей жизни на КА-ПЭКСе.

– О чем же вам хотелось бы знать?

– Расскажите мне о ваших друзьях и знакомых.

– Все КАПЭКСиане – мои друзья. Правда, на КА-ПЭКСо нет слова «друг», так же как нет слова «враг».

– Расскажите мне о ком-нибудь из них. О любом, кто первый придет на ум.

– Ну, есть такой брот, а есть мано и свои, и флед, и…

– Кто такой брот?

– Он живет в лесу к РИЛЛу от релдо. Мано…

– Релдо?

– Это деревня возле фиолетовых гор.

– И брот там живет?

– Да, в лесу.