— Да. — Отвернулся Витя.

— У тебя будут проблемы? — Она оглядела голого суетящегося любовника, лихорадочно соображающего, как лучше поступить.

— Собирайся. — Бросил он, натягивая трусы и пряча сморщившийся от испуга член.

— Как… — Девушка села, прикрыв грудь. — Куда? А Новый Год?

— Черт! — Взвыл Виктор, обнаружив тлеющий на диване окурок. — Твою-то мать!

Подцепил его пальцами и понес на кухню.

Маруся встала, спешно надела трусики, огляделась в поисках одежды.

— Прости меня, малыш, — крепкие руки подошедшего сзади мужчины сомкнулись на ее груди. — Прости, что все так. Но мне нужно уйти. Иначе она станет истерить, бить посуду, начнет меня искать, спрашивать у всех. Лучше вернуться прямо сейчас.

Его объятия и торопливые поцелуи в затылок показались девушке холодными и фальшивыми.

— Я думала, что мы… что мы сможем…

— Все у нас впереди. — Витя прижал ее к себе так крепко, что стало трудно дышать. — Обещаю. Решу с ней все вопросы, и нам больше не придется расставаться. Клянусь.

Какая разница? Подумаешь, один праздник. Зато все остальные они смогут быть вместе. А это главное. Нужно только немного потерпеть.

— Хорошо. — Расстроенно выдохнула девушка.

— Вот и отлично. Собирайся. — Отпустил ее мужчина и помчался в душ.

* * *

Торопливо чмокнув в висок, Витя выпроводил ее из машины возле подъезда Таниного дома. Обернувшись, Маруся увидела, как он, отъезжая, достает телефон и набирает номер. Чей? Она знала — жены.

Единственное, что оставалось загадкой: как Витя с ней разговаривает? Грубо? Ласково? Безразлично? Можно было только догадываться.

* * *

— Дура! — Верещала Танька в трубку, когда Маруся, сидя в кресле, ровно в полночь набрала ее телефон.

— Почему?

— Наивная деревенская дура! Зачем ты его отпустила?

— Надо было держать?

— Да!

— Я так не могу…

— Вот и будешь всю жизнь одна!

* * *

Она даже не включала свет. Устроилась возле окна, закутала помнящее жаркие ласки любовника тело в теплый плед, налила себе шампанского и, наблюдая за разлетающимися на миллионы цветных искр салютами, медленно привыкала к одиночеству.

Именно в такие дни, в праздники, когда все обычно собираются семьями, это горькое чувство становилось еще острее. Душило, разрывало грудную клетку, причиняя особенную, тягучую боль.

По щекам Маруси катились блестящие слезы. Она сама себя жалела. И чего ж ей так по жизни не везло? Почему все опять выходило наперекосяк? А затем она немного успокаивалась и снова винила себя в очередной своей слабости. Да так сильно, что угрызения совести, накатывая волной, мешали дышать. Девушка злилась, обижалась, отчаивалась, но все равно твердо знала, что, когда ее любимый Витенька позвонит, все снова будет хорошо. Они обязательно придумают выход. И все будет хорошо.

После полуночи от него пришло сообщение. Оно грело душу: «Сердцем с тобой». Так романтично. Ради человека, говорящего такие слова, можно было и потерпеть.

Она прижала телефон к груди. Теперь ее Витя был с ней, пусть и далеко. Маруся даже и не вспомнила про поговорку «Как Новый Год встретишь, так его и проведешь». Мыслями она уже была в своих розовых мечтах об их совместном с Виктором будущем.

* * *

Проблема в том, что люди часто остаются одни и не знают, что с этим делать. Их пугает перспектива засыпать и просыпаться одному в пустой квартире.