— Забудь о Коуи.

— Потому что она из твоего прошлого? Но этой ночью ты мечтал именно о ней, хотя рядом с тобой была я.

— Это был всего лишь сон, и ничего более.

— Нет, не только сон! Ты обнимал меня, а произносил ее имя!

Он взглянул на Сейко, и лицо его стало мертвенно бледным. До каких пор Коуи будет преследовать его? До тех пор, наверное, пока он не порвет с якудзой? Нет, нет, это невозможно. Воспоминания об этой девушке должны сгинуть.

В глазах Сейко стояли слезы. Она прикусила нижнюю губу, чтобы не разрыдаться. И продолжала рассказывать:

— Именно Тати помог мне устроиться к тебе на работу. Это было превосходное место для меня, и я была ему очень благодарна. Потом он попросил меня стать посредником между Масамото Гоэй и Винсентом Тинем.

— Значит, эта история о том, как ты увидела меня в клубе Нанги, ложь?

— Нет, не ложь, просто... просто не совсем правда.

Она перевела дыхание.

— Я сама хотела подойти к тебе, но страх парализовал меня. Что, если ты отвергнешь меня? Я была уверена, что не вынесу этого. Поэтому я не стала ничего предпринимать, но рассказала Тати о тебе. Через несколько месяцев он сообщил мне, что место твоего помощника свободно и предложил попробовать поступить к тебе на работу. Он же подготовил меня к собеседованию.

— Значит, к этому времени Тати уже перебрался из Кумамото в Токио и работал на Томоо Кодзо?

Сейко кивнула.

— Он ведь умница, все так считают, поэтому быстро поднимался по иерархической лестнице Ямаути. Вскоре о нем прослышал Кодзо. Мне кажется, он понравился Кодзо тем, что хорошо знал Юго-Восточную Азию. И очень скоро Тати стал ответственным за этот сектор перед кланом.

По ее щекам катились слезы, несмотря на все усилия сдержать их.

— Тати одержим идеей проникнуть в Плавучий город. Не спрашивай, почему. Я сама не знаю этого. Но теперь я рассказала тебе абсолютно все. Во мне ничего не осталось, кроме вины за гибель брата и любви к тебе.

— Получается, ты почти ничего не знаешь о Тати. Ты видишь в нем доброту, а может, это только хитрость?

В дверь осторожно постучали, но Николас не обратил на стук никакого внимания.

— А что, если он подучил тебя и намеренно внедрил в мою компанию?

Раздвижные двери раскрылись — на пороге стоял Тати.

— Время завтракать, — сказал он весело.

Кроукер, быстро шагавший к выходу 19 в зале международных рейсов аэропорта Даллеса, резко остановился.

— Да-а-а... — сказал Бэд Клэмс Леонфорте. — Знаешь, ты прямо как с рекламного плаката «Летайте вместе с нами!»

— Ошибся рейсом, — сказал Кроукер, глядя мимо Леонфорте. Он хотел успеть на свой самолет. Кроме того, самый вид этого человека был ему крайне неприятен. Однако он пригрозил всадить пулю в голову Маргариты, если Кроукер откажется помогать ему. И теперь Лью просто обязан был держать себя в руках. Он сделал это, сжав зубы.

— Ну да... Пожалуй, надо бы и мне заказать такую летную форму. Моя милашка будет просто в отпаде! Представляю...

— Я опаздываю. Что ты тут делаешь?

В ответ Леонфорте широко улыбнулся и развел руки в стороны.

— Как что? Присматриваю за тобой, Лью.

На Бэде Клэмсе был элегантный, хорошо сшитый серовато-коричневый костюм от Армани, на плечи он набросил пальто из верблюжьей шерсти. Его шестисотдолларовые мягкие кожаные мокасины сияли в ярком свете вестибюля аэропорта.

— Пойдем, поболтаем чуток.

— Весьма лестное приглашение, но не могу принять его.