— И когда ты намерен потребовать от Императора утверждения прав Альты?

Блайт невесело рассмеялся.

— Я? Его Величество, узнав, что я пребываю в полном здравии, постарается побыстрее эту ситуацию изменить.

— Кто же тогда?

— Не знаю… время покажет. Может быть, арГеммит. Или ты. А пока что нам надо решить один очень важный вопрос — убедить Альту в том, что отправляться в экспедицию вместе с нами ей не следует. Слишком опасно. Перед ней раскрываются интересные перспективы и будет очень жаль, если всё пойдет прахом.

Волшебница вздохнула и поёжилась.

— Она меня убьёт…

Сейчас, стоя на палубе огромного фрегата, Таша вспоминала и этот разговор, и письмо, которое они с Ангером отправили Метиусу, приложив к краткому изложению истории баронета Шедаля размышления Блайта об имперских правилах наследования. И медальон — единственное весомое доказательство прав на древний титул. Если подумать — не такое уж весомое, как кажется, но арГеммит сумеет разыграть эту партию, если посчитает нужным.

— Мы приближаемся к Южному Кресту, леди.

Она чуть заметно вздрогнула, выныривая из омута воспоминаний. Капитан орденского флагмана подошел к ней и опёрся о планшир.

Этому человеку было лет сорок, и половину жизни он провёл в море. Или на берегу — но с желанием как можно быстрее вновь ощутить под ногами палубу корабля. Темер арГеш считался одним из лучших флотоводцев Ордена, на его счету было немало громких побед, а пираты ненавидели его больше, чем кого-либо другого из светоносцев. Была бы его воля — стяг с золотым диском Эмиала давно развевался бы над пиратским островом, но для того, чтобы штурмовать укрепления, сил эскадры Сура было недостаточно, а собрать воедино все боевые корабли Несущих Свет не позволяла осторожная политика, проводимая Вершителями. АрХорн, да пребудет его душа в милости у Эмиала, был отменным воином и превосходным полководцем, но считал, что твёрдая земля под ногами больше способствует достижению побед, чем немыслимое пространство, заполненное солёной водой. В этом он был неоригинален, на протяжении веков флот Инталии, достаточно сильный, чтобы отбить у любого противника желание вторгнуться на орденские земли с моря, занимался делами более чем прозаическими — сопровождал торговые караваны, доставлял к месту назначения официальных послов и охотился за пиратами.

После гибели арХорна и окончания войны, капитаны южной флотилии, включая арГеша, были уверены — лишившись достойной цели для своих клинков, Инталия обратит особое внимание в сторону бесчинствующих на море пиратов.

Увы, ожидаемого приказа не последовало. Метиусу арГеммиту не нужны были дополнительные потери и без того изрядно потрёпанного Ордена. Конвоирование торговых караванов, к тому же, приносило Инталии существенный доход — кто из купцов захочет развязать кошель, если угроза пиратского нападения сойдёт на нет? Но как же тоскливо вновь и вновь бороздить прибрежные воды, видя, как пираты, заметив корабли с бело-золотым флагом, торопливо уходят за горизонт, не желая вступать в заведомо проигрышную схватку. Поэтому приказ о подготовке эскадры к дальнему походу большинство капитанов, офицеров и простых моряков встретили с восторгом. А назначение арГеша, самого известного и удачливого из них, командующим и эскадрой, и объединенным флотом в целом (ох, кто бы знал, сколько сил стоило леди Рейвен убедить Его Величество Унгарта Седьмого в том, что раз идея похода принадлежит Инталии, то и командовать флотом должен непременно рыцарь Ордена) и вовсе вызвало общее ликование.