Слейт доел первый пирожок и, взяв из ее рук второй, принялся за него. Рейвен тем временем съела бутерброд с сыром и, запив его вином, передала бутылку Слейту.

– У меня просто зверский аппетит, – сказала она. – Не помню, чтобы прежде я была такой прожорливой.

– Возможно, ты была права, говоря о свежем ночном воздухе.

Рейвен засмеялась.

– Нет, пожалуй, это ты был прав, сказав, что аппетит возбуждают прежде всего физические упражнения.

Слейт тоже рассмеялся и поставил бутылку на землю.

– Ты возбуждаешь меня каждым своим движением. Я никогда не забуду эту картину: ты сидишь посреди прерии, с распущенными волосами, и у тебя на лице остатки начинки пирожка и...

– Слейт! У меня на лице остатки яблочной начинки? – Рейвен попыталась смахнуть прилипший кусочек.

– Нет, не здесь, дай я тебе помогу.

Наклонившись, Слейт стал слизывать остатки начинки вокруг ее губ, а затем, как будто справившись со своим делом, снова выпрямился, удовлетворенно улыбаясь.

– Ты все это придумал, да? Не было никаких остатков начинки, не так ли?

Слейт кивнул.

Нахмурившись, Рейвен церемонно заявила:

– За это ты должен доставить мне удовольствие.

– Не знаю, смогу ли я.

– Посмотрим, – сказала Рейвен. – Похоже, тебе придется выполнять свои обязанности, Слейт, иначе в прерии быть беде.

– Только если ты настаиваешь.

– Только если я настаиваю?

– Хорошо, хорошо. Только если ты попросишь.

– Только если я попрошу?

– Ну ладно. Только если ты не будешь двигаться.

И он внезапно набросился на нее. Рейвен закричала с притворным ужасом и не слишком убедительно начала изображать, что пытается убежать от него. Но Слейт схватил ее, повалил спиной на простыню, навалился на нее сверху и, закинув ее руки за голову, прижал к земле.

– А теперь посмотрим, кто здесь главный и хорошо ли я выполняю свои обязанности, – поддразнивая ее, заявил он.

– Похоже, ты сегодня в ударе, – заметила Рейвен, смеясь.

– Ах, ты еще подтруниваешь надо мной?

Смех Рейвен стал еще звонче, и Слейт тоже расхохотался, сотрясаясь всем телом.

– О нет, ковбой, – жалобно запротестовала Рейвен, сталкивая его с себя. – Я не выдержу твой вес.

Он быстро перевернулся на спину, и теперь Рейвен оказалась на нем. Слейт стал ласкать ее, поглаживая по спине.

– Так лучше? – спросил он.

– В зависимости от того, что у тебя на уме, – с вызовом заявила она, прекратив смеяться.

Теперь ее голос звучал хрипловато от нарастающего возбуждения.

– На уме у меня только ты, – сказал Слейт, крепче сжимая ее в объятиях, – до конца этой ночи.

Глава 18

На следующее утро на рассвете Рейвен и Слейт продолжили пиршество и доели остатки ужина. Улыбаясь друг другу, они делились впечатлениями, вспоминая интимные подробности ночи любви, после которой чувствовали себя разомлевшими. Обмениваясь прикосновениями и ласками, они пытались продлить минуты близости, возникшей между ними прошлой ночью.

Прохладный ветерок пригибал с тихим шорохом траву прерии. Поблизости спокойно паслись Белый Ветер и Черная Плясунья. Внезапно лошади насторожились, подняв головы и втягивая ноздрями воздух, а затем негромко заржали.

Слейт встревожился. Приложив ухо к земле, он стал внимательно слушать, а затем снова сел.

– Всадники. Будет лучше, если мы соберем вещи и приготовимся к отъезду...

– Ты не ошибся?

– Нет.