— Да. Признаюсь, что почувствовал облегчение, услышав, что ты любишь другого. Это значит, что я могу сделать предложение Симоне. А теперь смахни слезы, и тогда я не буду чувствовать себя виноватым.

Аврора тихо рассмеялась, вытирая лицо платком, который он ей дал. Жоффрей, однако, оставался серьезным.

— За год, проведенный во Франции, я понял: никто не знает своего будущего. И если тебе улыбнулась удача и ты нашла свою настоящую любовь, то ты должна удержать ее.

Аврора кивнула, ругая себя за то, что так поздно поняла это. Если Николасу суждено умереть, то часть ее души умрет вместе с ним, но она скорее познает миг настоящего счастья с ним, чем проживет серую, размеренную жизнь.

Она никогда не говорила Николасу, что любит его. Как и француженка, она никогда не открывала любимому своих чувств до тех пор… Господи, только бы она не опоздала. Аврора почувствовала приступ паники.

— Что такое? — спросил Жоффрей.

Секунду Аврора колебалась, думая, стоит ли говорить ему об этом. Но ведь он был готов пожертвовать честью своей семьи и своим добрым именем, только бы оградить ее от скандала. Аврора знала, что может ему доверять. Он не причинит вреда человеку, которого она любит.

— Этой ночью Николас уплывает в Америку.

— И ты хочешь уплыть с ним?

Аврора заглянула ему в глаза.

— Я должна. Ты ведь понимаешь меня?

— Конечно, дорогая моя, — тихо ответил он, поцеловав ее в лоб. — Понимаю. И, если для тебя это важно, я благословляю вас обоих.

— Для меня это очень важно.

Аврора улыбнулась, но ее улыбка тут же исчезла, когда она снова вспомнила о том, что у нее мало времени.

— Надеюсь, я не опоздаю. Николас собирался отправиться в сторону Карибских островов с приливом.

— Тогда у тебя есть чуть больше часа. Прилива не будет до десяти часов, а то и дольше. Но у тебя почти нет времени на то, чтобы собрать вещи. Нужно отправляться на пристань.

— Да.

Аврора вскочила на ноги, лихорадочно соображая, что делать дальше. Ей нужно было вернуться домой, чтобы собрать одежду и вещи, которые понадобятся ей в путешествии… Внезапно она остановилась, вспомнив еще об одном важном деле.

— Сначала мне нужно попрощаться с Гарри и объяснить ему, почему я уезжаю… Хотя я не думаю, что он будет против — он считает Николаса героем.

— Гарри знаком с ним? — удивленно спросил Жоффрей.

Аврора неуверенно посмотрела на него, не зная, как он отреагирует на это.

— Николас был здесь под именем своего американского кузена, Брендона Деверилла.

— А, Деверилл, — кивнул Жоффрей. — Гарри очень много рассказывал мне о нем, описывая свою поездку в Лондон. Мой брат идеализирует его.

— Думаю, твоя мать не так легко воспримет наше решение.

— Только лишь потому, что она еще не знакома с моей Симоной. Как только я расскажу ей о том, что нашел девушку своей мечты, она успокоится. Если хочешь, я сопровожу тебя домой, а потом на пристань. Насколько я понял, там мы сможем найти Николаса?

— Да, но тебе не стоит так беспокоиться.

— Мне это нетрудно. И, честно говоря, мне было бы интересно встретиться с человеком, завоевавшим твою любовь.

Аврора развернулась, чтобы идти. Мысли лихорадочно метались в ее голове — а что, если Николас уже уплыл? Тогда, решила Аврора, она наймет корабль и отправится вслед за ним.

Ведь она любит его, а все остальное не важно.

Прошел почти час с тех пор, как они вышли из дома Жоффрея, и теперь они уже подъезжали к пристани. Аврора искала взглядом корабль Николаса «Коготь».