– Расскажи мне о своей бабушке? – попросила, понимая, что пора с этим вопросом что то решать.
Можно было бесконечно от себя бегать, но, кажется, даже обстоятельства указывали мне на то, что нужно определяться. Конечно, можно было просто уйти из каравана и дальше продолжить путешествовать лишь вдвоём. Но, знаете, это было похоже на простое бегство. Вэй мне нравится, так не зацепиться ли мне за эту возможность?
– О бабушке? – Вэя явно удивила моя просьба. – О какой именно?
– О той, которая родила ребенка Фангу, – ответила, переставая даже улыбаться. Пришло время. Я буквально ощущала, как на меня волнами накатывают воспоминания, готовые в любую секунду поглотить меня с головой.
– А, она умерла рано. Это мама моего отца. А звали её Кэтрина Бранская.
***
Пока Вэй говорил, у меня перед глазами проносились последние дни моей собственной жизни. Позапрошлой. Да, меня звали Кэтрина, только вот совсем не Бранская.
Я была дочерью городского пекаря, и звали меня Кэтриной Монкут. Моего отца многие уважали в городе и частенько сватали мне своих сыновей, братьев или племянников, так как я была на самом деле симпатичной молодой особой. И в один из солнечных весенних дней к нам в пекарню пришёл умопомрачительный клиент. Да, я влюбилась с первого взгляда. Стоило ему только подойти к прилавку и посмотреть на меня, как колени задрожали, а сердце готово было выпрыгнуть. Фанг Лиен Дан – один из самых уважаемых магов не только в городе, но и в империи. Надо ли говорить, что он был красив, будто один из богов.
Когда он сделал мне комплимент, я готова была рухнуть без чувств. Эмоции настолько переполняли меня, что ощущала желание порхать и петь.
Он изредка приходил, а я каждый раз плакала в подушку, но в то же время смаковала свою безумную влюблённость. Мне было больно, так как понимала, кто я и кто такой Фанг, но сердцу приказать никто не может. Я любила, боготворила, безоговорочно доверяла ему. И когда он пригласил меня прогуляться с ним, я, конечно же, пошла.
Ах, это был самый замечательный день за всю мою жизнь. Мне казалось, Фанг смотрит на меня с такой же любовью. Да, я даже слышала эти самые слова. Все отпечаталось у меня отрывками. Вот мы гуляем в саду, в котором цветут вишни. От запаха кружится голова. Мне хочется танцевать. Он меня целует. Ощущение, что душа сейчас покинет тело от счастья. Мы куда то идём. Я верю, люблю. Я сама себе кажусь воздушным шаром, таким легким, невесомым, который готов вот вот взмыть ввысь.
И вот уже знакомая мне лестница, люди в балахонах, свечи, огонь, понимание, что я на самом деле не нужна. Все обман. Так больно! Нестерпимо больно! Хочется кричать. Упасть на колени, сдирая ногтями кожу на лице. Хочется умереть прямо на месте. Вырвать глупое сердце, которое продолжает биться. А потом приходит гнев. Убить, растоптать, вырвать безразличные глаза, сожрать холодное сердце и уничтожить его бесчувственную душу.
Весь мир окрашивается красным. Огонь везде. Снаружи, внутри. Мне снова больно. Физическая боль не заглушает душевную, а накладывается на неё, отчего мне кажется, что еще немного – и я потеряю себя. Хочется вздохнуть, глотнуть прохладного воздуха, но вместо этого легкие обжигает огонь.
Я в последний раз вижу черные глаза, кажется, что то говорю, а потом меня подхватывает огонь и моё сознание растворяется в нём. Последнее, что я помню, – жгучее желание не раствориться полностью, вернуться и отомстить.
– Кэри.
Я несколько раз моргнула, понимая, что стою и плачу. Вытерев слёзы, неловко улыбнулась.
– Прости, просто воспоминания накатили, – вполне честно ответила я. Вообще, такое у меня впервые. Раньше они сами выбирали момент, когда им прийти, а тут чуть ли не по заказу. Интересно, кого мне нужно благодарить.
Будто услышав мой вопрос, внутри снова качнулось нечто громадное и горячее. |