– Если все получится, то твоя фирма выйдет на принципиально новый уровень, – заметил Брент.

– Знаю. Поэтому и благодарна. Это ведь ты направил Лэнгдона в мою фирму. Если бы не ты…

– Сестренка, ну а как я мог не сказать ему о тебе? Мне-то он зачем сдался? Я не рекламщик, а всего-навсего управляющий чужой фирмы. Кроме того, благодарить будешь в том случае, если все у вас срастется. Не стоит преждевременно радоваться.

– Но ты ведь направил его ко мне потому, что мы с тобой родственники?

– Нет, ошибаешься. Этой порочной практикой я не занимаюсь, – ответил Брент. – Я рассказал ему о тебе по одной простой причине: ты прекрасный профессионал в рекламном бизнесе. И ты постоянно растешь. В том числе и потому, что не стесняешься учиться новому.

– Договорились, – улыбнулась Бренда. – Слушай, у меня звонок по другой линии. Давай на днях встретимся в городе, поужинаем?

– Боюсь, не смогу составить тебе компанию за ужином, – вздохнул Брент. – Времени у меня будет разве что на пару коктейлей.

– Сойдет и пара коктейлей. Главное ведь – увидеться, необязательно проводить вместе целый вечер.

– Насчет вечера в скором времени я тоже постараюсь, а пока остановимся на коктейлях, – ответил Брент и отключился.

А Бренда, переключившись на вторую линию, продолжила работать.

Ближе к вечеру, когда большая часть сотрудников фирмы уже покинула офис, Бренда, подняв жалюзи и впустив в кабинет свет городских фонарей, разложила на своем столе папки с необходимыми материалами. Гленн уже ушла, и Бренда сама сделала себе чай с лимоном, покрутив чайный пакетик в чашке с кипятком.

В общем-то, все необходимые и намеченные на день дела были переделаны. Бренда с легким сердцем тоже могла отправляться домой. Но завтрашний приезд к ней в офис Лэнгдона для обсуждения возможного сотрудничества требовал особенно тщательной подготовки. Лэнгдон был владельцем одной из крупнейших косметических компаний. Реклама их новинок, имиджевая реклама их продукции, да даже реклама хотя бы одной из линеек их косметики по уходу за лицом, телом или декоративной косметики могла стать золотой жилой для компании Бренды. Честно говоря, та уже давно находилась в поиске стабильного финансового источника. Работа с Лэнгдоном была бы совсем другим уровнем деятельности и доходов; об их компании громче заговорили бы в рекламном мире, а заказчики, возможно, стали бы передавать ее друг другу, как переходящее знамя.

Так становятся известными фотографы, которым посчастливилось поработать с самыми популярными моделями. Конечно, при условии, что эти фотографы предложили какое-то особенное видение, проявили в фотоснимках свою индивидуальность, свой неповторимый почерк.

Вроде бы Бренде уже было известно о фирме Лэнгдона все, что только смогла откопать в Интернете и в газетных статьях Гленн. Да и материалы, которые лежали сейчас перед Брендой в трех небольших кожаных папках, уже не раз были отсмотрены либо прочитаны ею. Грыз ли Бренду внутри червячок сомнения? Чувствовала ли она, что дает слабину, что внутри поселяется некая доля неуверенности в собственных силах?

Нет. Бренда всегда ярко и уверенно двигалась по жизни. Какую бы область она ни осваивала, она становилась в ней успешной. Иногда требовалось приложить больше усилий, стараний и труда. Иногда – меньше. Но всякий раз Бренда выходила победительницей из предложенных обстоятельств и обращала существующие условия себе на пользу.

Может быть, она чувствовала себя звездой благодаря тому, что росла в атмосфере тепла, любви и уважения? Бренда рано осталась без матери, но отец постарался дать дочери максимум внимания, знаний и заботы. А троюродный брат Брент способствовал тому, чтобы Бренда не погрязала только в учебе, а впоследствии – и в рабочих проблемах.