Оно двигалось довольно быстро, его грудь пенила волну, как корабельный форштевень. Шея вместе с головой составляла около 4, 5 метра — у меня было время хорошо рассмотреть монстра… Хвост, или, вернее, туловище было куда толще шеи, вот почему я не назвал бы это чудище змеей. Бриза не было, вода совершенно спокойная, как в пруду, видимость прекрасная, и вряд ли я сумел бы ошибиться, разглядывая существо. А кроме того, оно не уплывало, пока совсем не стемнело».
Хотя вскоре после события на «Умфули» вышла книга профессора Удеманса, бедный Крингл сделался мишенью бесчисленных насмешек и попыток кабинетных умников растолковать ему, что же он видел «на самом деле».
«Мне говорили, что это был выводок морских свиней, что это плавучие островки из водорослей, что это… да мало ли что еще! Но если водоросли способны делать 14 узлов, если выводок свиней может подниматься на 4, 5 метра над водой, то я, пожалуй, готов признать себя сумасшедшим. Но ведь от этого не легче!»
В оправдание неверующих следует сказать, что время от времени в прессе появлялись, мягко говоря, экстравагантные сообщения. Вот что, к примеру, пишет «Дейли курант», выходящая на Суматре (от 17 февраля 1897 г .): «Капитан парохода „Умфули“ и его рулевой наблюдали змея длиной с их судно и толщиной 5, 5 метра . Туловище его было покрыто крупной зеленой чешуей и утыкано множеством плавников. Шея вздымалась дугой над волнами. Арка эта была (не взыщите, читатель!) высотой около 45 метров».
В течение периода, начало которого наметилось с появлением книги Удеманса, а конец наступил вместе с началом Первой мировой войны, весь мир, казалось, уверовал в существование морского змея. Эта перемена отношения произошла сразу в трех странах: Нидерландах, Великобритании и Франции.
Не следует, конечно, думать, что морские змеи и раньше никогда не заглядывали на побережье самой Франции. В 1861 году, как мы помним, одного видели с каким-то «воротничком» напротив Уэссана, а в 1870 году в ста милях к западу от Бреста, но в обоих случаях наблюдения проводились с британских кораблей. В 90-х годах — появление у атлантического побережья Франции, но снова свидетелями оказались одни британцы. Мы о нем знаем благодаря запоздалому отчету одного английского иезуита, Р. П. Эдварда Роклиффа. Тогда еще четырнадцатилетний подросток, он возвращался в Бордо со своим отцом на корабле «Мосс и компани», и однажды из воды взвился столб брызг — капитан сперва решил, что это проделки кита. Но, как повествует отец Роклифф, все очень скоро убедились, что это совсем не так:
«Длинная шея примерно 45 сантиметров в диаметре была поднята над водой почти перпендикулярно. Затем она плашмя рухнула на поверхность воды, как ствол дерева, с жутким шумом. Эта операция повторялась через определенные интервалы, во время которых „чудище“ продвигалось к французскому берегу… Создавалось впечатление, что оно преследует что-то под водой.
За все эти сведения я ручаюсь. Может быть, сам я и был мал, чтобы точно оценить подлинные размеры. Мои родители говорили, что монстр поднимался над водой на высоту где-то от 4, 5 до 6 метров . Цвета он был как спина у макрели. Голова — не толще обычного ствола. И не было никаких признаков наличия хвоста, ни возможности определить величину той части туловища, которая оставалась внизу».
Этот случайный спектакль разыгрался, можно сказать, под носом у французов, но они даже не осознали всю важность проблемы, до тех пор пока животные весьма похожего вида не стали появляться в Индокитае, и весьма часто.
ФРАНЦУЗСКИЙ ФЛОТ ОХОТИТСЯ НА МОНСТРА
5 марта 1896 года в колонке хроники «Курьера Хайфона» впервые упоминается о «встречах с одним или несколькими доселе неизвестными животными — настоящими морскими чудовищами, выпавших на долю канонерки „Лавина“ в бухте Файшилонг». |