Она прошлась и посмотрела, все ли правильно прощупывают артерию.

 - Да не тут, а тут, - поправила она солдата и положила его руку в нужное место. - Вот она, пульсирует. Девяносто из ста убитых мною, были убиты именно таким образом. Почему? Потому что, во-первых, удар ножом в это место практически всегда смертелен, и противник не встанет тебя добить, и, во-вторых, если вам не нужно шуметь, он умрёт тихо, относительно конечно.

 Лина вернула солдата на место и продолжила.

 - Теперь как правильно наносить удар.

 Она подошла к соломенному чучелу и всадила ему под голову клинок.

 - Тут тоже важен угол удара, вы должны пробить артерию и дыхательное горло одним ударом, резким и коротким.

 Лина показала, как нужно стоять по отношению к цели для достижения лучшего результата.

 - Ну, приступайте, - махнула рукой она на тренировочные чучела и пошла смотреть, как их начали колотить солдаты. Да, для них биться простым ножом было непривычно, и это было видно. Они даже держать его толком не умели.

 - Я сказала короткий, - взяла она руку солдата и показала, с какого расстояния нужно наносить удар. Потом развернулась ко всем. - Короткий удар, это очень важно. Замахиваясь, вы открываетесь и даёте возможность противнику атаковать вас, - громко сказала Лина.

 - Мягче, солдат, ты не дубину держишь, ты должен бить, двигая запястьем и локтем, а не плечом, - сказала она, схватила за руку солдата, встав сзади, и продолжила его движение. - Да расслабь ты руку, двигай, ну же, резче! - уже начинала злиться Лина. Так и знала, что ничего из этого не получится, не умеет она учить.

 - Лина, подойди сюда, - окликнул её Максимилиан.

 Она недовольно покосилась на стоящего в центре полководца, но подошла.

 - Лина, он не может расслабиться, когда ты его так лапаешь, - доверительно шепнул он ей на ухо.

 - Я не лапаю, а показываю, как нужно держать нож.

 - Милая, он сейчас кончит он этих показов.

 Она сначала не поняла, что имеет в виду Максимилиан, а потом посмотрела на напряжённого солдата, вот ведь, а она не заметила. Интересно, и много тут солдат, которые смотрят на неё как на женщину?

 - Ой, и, правда. Из меня плохой учитель, да? - грустно спросила Лина, и уже была готова всё бросить. Ей сразу эта затея не понравилась, и ещё опозориться, тут не хватало.

 - Нормальный, только с солдатами не обнимайся.

 Лина вздохнула и вернулась к своим ученикам. Что тут скажешь? Она посмотрела на солдат, усердно колотящих соломенные чучела, вроде бы остальные были в порядке, относительно конечно. Им всем явно было непривычно слушаться женщину.

 - Свободен, - повернулась она к возбуждённому мужчине и продолжила занятие. Солдаты очень плохо себе представляли, что они делают. Были несколько сообразительных, кто понял, о чём говорила Лина, но в основном они просто колотили чучела в области шеи.

 - Не туда бьёшь. Смотри, - она подвела его соседа для примера. - Место удара очень важно, артерия крайне мала, и в неё нужно попасть. Если ты бьёшь с этой стороны, то удар должен идти так.

 Лина резко замахнулась и приблизила клинок к горлу мужчины.

 - А если с другой, то ты бьёшь, уже развернув руку вот так, - сказала она, опять замахнулась на горло солдата и остановила клинок в миллиметре от его кожи.

 Солдат, на котором она показывала, стоял белее снега и боялся даже вздохнуть, ощущая холодный металл у своего горла.

 - Понял? Покажи. Да не на нём, на чучеле покажи, - сказала девушка и вернула испуганного мужчину на место.

 - Лучше, но это нужно делать гораздо быстрее. Так, закончили! - обратилась ко всем она. - Плохо! Медленно и бьёте, как попало. Кто захочет продолжить, будем тренироваться потом.