Василий замер по стойке «смирно», внимательно изучая человека, сидящего перед ним. Сержант на пару лет будет постарше, и службу, видно, заканчивает. Лицо не свирепое, даже слегка добродушное. Дай Бог, чтобы это соответствовало действительности, хотя верится с трудом, здесь не могут служить добрые люди.

Сержант иногда отрывается от бумаг, всматриваясь в лицо стоявшего перед ним матроса. Взгляд спокойный, уверенного в себе человека. Если это так, то совсем неплохо, не побежит советоваться с тем же майором. С тупым служакой «каши не сваришь». Да и по поведению с начальником понятно, что этот парень вес здесь имеет, держит себя с офицером почти запанибрата. И здоров же, падла, прямо налит природной силой, сюда, наверное, специально таких набирают. Пропустишь от него удар – мало не покажется.

– Товарищ сержант, разрешите обратиться?

Произнес слова почтительнейше, с нотками страха и полной покорности. Служивый оторвался от бумаг, непонимающе и раздраженно уставился на Строева.

Да нет, ни такой уж у него и добродушный вид, как показалось вначале. Василий не отводит взгляда, смотрит на этого человека спокойно, в упор, пока тот не буркнул:

– Ну, чего тебе?

– Товарищ сержант, вам не нужно пятьдесят «баксов», то есть американских долларов?

Тот, не спеша, выбрался из-за стола, медленно подошел почти вплотную, встал напротив, руки в карманы, слегка покачиваясь на носках чуть вперед – назад. Понятно, что «срисовал» с кого-то эту позу крутого мена. Хотя на данный момент он для Васька, точно, самый крутой. Да и стойка совсем не дурна, можно «зарядить» с любой руки и наверняка не промахнуться. Васек напряжен и внимателен, готов мгновенно уклониться от удара. Но сержант бить, кажется, не собирается, глядит в упор, через минуту цедит лениво:

– А у тебя «баксы» есть?

Вот она победа, пока первая и еще очень маленькая. Главное, что служивый заговорил, показал интерес, который, правда, пытается неумело скрыть. Нет, этот парень точно, не относится к тупорылым служакам, диагноз верен на все сто.

– Да есть, правда, дома.

– Дома, говоришь? И мне надо тебя отпустить за ними? Так, что ли?

– Да нет, все проще. Я могу позвонить, и их привезут.

– Привезет, конечно, мамочка. Как не привезти для любимого сыночка, попавшего в полное говно.

– Нет, я маму в это не впутываю, не хочу волновать. Сестренка привезет.

Заглотил наживку товарищ сержант. Вот, только, насколько глубоко, пока еще непонятно. Ничего, ждать-то недолго. Тебе скоро на дембель, служивый, а на гражданке, ох, как деньги нужны! Там ведь за просто так никто ничего не подкинет. Как и родная армия не подкинет тебе «баксов» за верную службу.

– И что ты хочешь за свои паршивые «баксы»?

Нравится ему это слово, говорит так, будто у него их не меряно. Васек, в душе ухмыляясь, продолжает косить под простого, совсем не показывая радости.

– Да ничего особенного. Ну, режим чуть помягче, а главное, еду с воли получать.

– И чтобы не работать?

– Нет, что вы! Я работы не боюсь.

Подкинул интеллигентное «что вы», пусть парниша успокоится.