— Герман Руди. Ванда Трипп. Рэнди Стит. Они тоже были в списке. Всех их я сопровождал в Нью-Йорке.

Лу-Энн медленно опустила голову на руки.

Подсев к ней, Чарли положил свою могучую руку ей на спину, поглаживая ее.

Откинувшись назад, женщина прильнула к нему.

— Чарли, нам нужно уехать отсюда. — Ее слова были пропитаны болезненной усталостью. — Собрать вещи и уехать. Сегодня же.

Задумавшись, Чарли потер лоб.

— Я уже думал над этим. Мы можем бежать, как делали все эти десять лет. Но только сейчас ситуация другая.

— Этот человек знает о махинациях с лотереей, знает, что Лу-Энн Тайлер и Кэтрин Сэведж — одно и то же лицо, — незамедлительно ответила Лу-Энн. — Теперь наша ширма больше не сработает.

— Нам еще не приходилось сталкиваться с двойной угрозой, — мрачно кивнул Чарли. — Теперь исчезнуть будет немного сложнее.

Резко поднявшись на ноги, Лу-Энн начала свой ритуал, расхаживая кругами по комнате.

— Чарли, что ему нужно?

— Я тоже ломал голову над этим. — Подойдя к бару с пустым стаканом, он постоял, затем решил все-таки отказаться от повторения. — Ты уже кое-что знаешь об этом типе. Что ты о нем думаешь? — спросил он.

Остановившись, Лу-Энн прислонилась к каминной полке, мысленно перебирая все, что ей было известно.

— Машина взята напрокат, на вымышленное имя. Значит, он не хочет, чтобы мы смогли узнать, с кем имеем дело. Я его не узнала, но, возможно, у него есть другие причины оставаться инкогнито.

— Правильно.

Чарли всмотрелся в ее лицо. За эти годы он успел убедиться в том, что Лу-Энн практически ничего не пропускает, а интуиция у нее первоклассная.

— Он попытался испугать меня, и это ему удалось. Я понимаю это как предупреждение, как сообщение о том, что он игрок и хочет, чтобы мы помнили об этом, когда он в следующий раз даст о себе знать.

— Продолжай, — подбодрил ее Чарли.

— Комната, судя по тому немногому, что я успела увидеть, обставлена как офис. Все очень аккуратно, везде полный порядок. Компьютер, факс, принтер, папки. Похоже, этот человек провел специальное расследование.

— Ну, ему нужно было изрядно поработать, чтобы догадаться о мошенничестве с лотереей. Джексон не дурак.

— Как ты думаешь, Чарли, каким образом ему это удалось?

Сев за свой письменный стол, тот потер подбородок.

— Ну, у нас нет полной уверенности в том, что он обо всем догадался. Я лишь видел список, только и всего.

— С именами всех победителей лотереи? Надо же!.. Кстати, сколько времени Джексон занимался этими махинациями?

— Не знаю, — покачал головой Чарли. — Я хочу сказать, сам я работал с девятью, в том числе с тобой. Началось все в августе. Ты стала мисс Апрель, моим последним делом.

Лу-Энн упрямо покачала головой:

— Он все знает, Чарли. Мы должны исходить из этого. Не знаю, как это ему удалось, но он узнал правду.

— Ладно. Значит, этому типу, очевидно, нужны деньги.

— А вот это утверждать нельзя, — покачала головой Лу-Энн. — Я хочу сказать, зачем ему понадобилось устраивать здесь свою штаб-квартиру и привозить все свои вещи? В этом не было никакой необходимости. Он мог просто прислать мне неизвестно откуда письмо со всей информацией и потребовать, чтобы деньги были переведены на его счет в банке.

На лице у Чарли отразилось полное недоумение. Похоже, он не подумал об этом.

— Тут ты права.

— И я не думаю, что этот тип нуждается в деньгах.