– Не думал, что ты так хорошо разбираешься в придворной жизни, – хмыкнул Комен.

– Пришлось разбираться. По работе. Ведь самые ценные вещи находятся у вас.

Владыка Ранига посмотрел на Комена и едва заметно кивнул. Они раньше не договаривались ни о каких знаках, но Комен понял смысл кивка сразу же: король хотел знать больше об этом человеке.

– Ты еще в чем-нибудь замешан, кроме краж? – прямо спросил он у Рангела.

– Оззен с тобой, тагга, – ответил тот. – Ни в чем. Чист полностью. Да и краж никаких не было. Что ты! Чужой монетки не взял! А история с тем браслетом – выдумка. Я к ней не имею никакого отношения. Это все злые языки да мои завистники.

– Твои завистники в чем? – сразу же поинтересовался Комен. – В кражах, которых ты не совершал?

– Мало ли в чем, – в тон ему произнес Рангел. – У каждого человека есть завистники, что бы он ни делал. Они есть, даже если он ничего не делает… Особенно если ничего не делает.

Когда Михаил рассматривал знаменитого вора, то заметил, что тот, возможно, обладает абом. А может быть, и нет. Предполагаемый аб Рангела был таким крошечным, что король решил: он не даст никакого контроля над ти. Но потом, поразмыслив, пришел к выводу, что это стоит проверить. Вдруг Рангел умеет им пользоваться? Если это так – вор был бы ишибом. Потенциально опасным человеком, которого не следует держать в тюрьме. Ишибы ведь запросто бегут из тюрем: за ними нужен глаз да глаз каждую минуту. У короля Ранига не было возможности столь тщательно охранять каждого арестованного ишиба.

Если это так и у Рангела есть аб, то он в данную минуту пытается щупом изучить всех стоящих поблизости. Король находился за спинами солдат и ишибов, чуть поодаль, поэтому был малозаметен даже для щупа, если, конечно, специально не нацеливать его. Михаил слегка раздвинул солдат, стоящих перед ним, и выступил вперед. К удивлению короля, предположение о наличии у вора аба полностью подтвердилось. Еще до того как Рангел повернул голову, он ощутимо вздрогнул, а на его лице отобразился ужас. Это – обычная реакция всех ишибов, которые впервые встречались с чудовищным абом самозванца. Лишь два человека на свете знали, что этот аб – фальшивка.

Потом Рангел повернул голову, и ужас усилился. Он узнал короля.

Михаил разглядывал его в упор несколько секунд. Тот открывал и закрывал рот, силясь что-то сказать. Но, похоже, вовремя вспоминал о том, что первому заговаривать с монархом можно лишь в крайних случаях, – поэтому молчал, производя впечатление задыхающейся рыбы.

Король решил, что это – добрый знак. Если бы вору было нечего терять, то он бы не стеснял себя соблюдением этикета.

– Комен, этого сейчас точно не будем вешать, – сказал Михаил. – Отправь его в тюрьму: там ему самое место.

Рангел с облегчением вздохнул. Он всегда знал, что при появлении короля ничего хорошего ждать не приходится: абсолютная власть скора на расправу. Как только он почувствовал чудовищный аб, он внутренне затрясся. Теперь же у него был шанс обрести свободу – ведь обычно на его слабенький аб мало кто обращал внимание. Вор вполне мог бежать из тюрьмы. И очень скоро.

– И приставь к нему ишиба, – продолжил король. – Он – тоже ишиб, хотя и очень слабый. Из обычной тюрьмы легко сбежит.

Рангел вздохнул во второй раз. Теперь уже судорожно.

– Твое величество, может, просто казним – и дело с концом? – поинтересовался Комен со своей обычной ухмылкой, хотя известие о том, что вор оказался ишибом, произвело на него впечатление.