Охранники доложили, что детектив уже минут двадцать как отбыл. Шел неторопливо, задумчиво. Куда направляется – понятно, не сказал.

Была середина рабочего дня. Я тут же позвонила в детективное агентство «Секрет», которое находилось через квартал от нас, и мне сказали: нет, еще не приходил.

Я вызвала в памяти план квартала. В агентство можно было идти по улице, а можно было срезать кусок, проскочив дворами. Недолго думая, я отправилась коротким путем – очень уж не понравился мне уход Секрета Ивановича, похожий на бегство. И точно – за дровяными сараями я его и обнаружила. Лежал без сознания, но при сумке с техникой.

– Шестой? Семнадцатый, – сказала я в микрофон мобилки. – Тут у нас такое дело…

И описала дурацкую ситуацию.

– Стой, не двигайся, это может быть все что угодно, – велел Шестой. – Сейчас проверю этого товарища. Говоришь, лет около пятидесяти, залысины, широкое обручальное кольцо?..

Оказалось – Секрет Иванович именно тот, за кого себя выдавал, не первый год работает в агентстве, репутация безупречная. И потому примерно через десять минут ко мне подоспела не группа захвата, а пара мальчиков на помощь.

Ребята грамотно обыскали и обследовали жертву. Охотник за жучками лежал в глубоком обмороке, приходить в чувство не желал, а на руке у него обнаружили две дуги красных точек, две такие маленькие дуги, как если бы его укусила одна из наших раскормленных рыбин.

Шестой велел везти бедолагу в нашу прикормленную клинику, а мне – возвращаться в офис и вызывать рыбного специалиста. А когда он там появится – будет видно, что с ним делать.

Тело унесли в одну сторону, я поспешила в другую, и… и… и дальше я чувствовала только то, что перебираю ногами…

У нас в центре города есть парк, в парке – пруд, у пруда – скамеечки. Так вот, я очнулась на скамеечке, а вокруг стояли люди, из них двое – в белых халатах. Мобилки при мне уже не было – равным образом и хорошие часы с руки пропали.

Кроме того, мне было очень трудно дышать.

Я кое-как отбрыкалась от медицины и осталась на лавочке в обществе чувствительных старушек. Ну, грохнулась в обморок, с кем не бывает? Понемногу выяснились обстоятельства – оказывается, я упала у самой воды. А на лавочку меня уже притащили, очевидно, те самые добрые люди, которые освободили от мобилки с часами. Вот зачем мне понадобилось спускаться к пруду?

Этот вопрос я задала Шестому, когда доплелась до нашей конторы, делая привалы через каждые двадцать шагов.

Шестой набрал номер моей мобилки. Она была отключена, но как раз для подобных случаев в нее был встроен маячок. Безответный звонок его активизировал. Пока я отлеживалась на диване, воришек отыскали и привели к Шестому.

Если кто его не видел – то и не надо. А кто видел – подтвердит: первое желание при взгляде на эту мрачную, тяжелую, со шрамом на лбу и странным бугром посреди щеки рожу – лечь на пузо и поползти лизать его ботинки.

Два парня примерно так и сделали – ему даже сводить брови не пришлось. Ребятишки вызвали у наших ребят определенные подозрения, им закатали рукава и увидели следы от уколов. Я полагала, что с такой публикой и разговора не будет – отнимут ворованное и выставят пинком под зад. Но Шестой все же стал их расспрашивать.

Нарки пошли за мной следом, потому что при