Когда моего мужа спрашивают, чем он занимается, он обычно коротко отвечает:

— Металлом.

Это звучит так емко и основательно, что второй вопрос уже не задают, потому что никто толком не знает, как это — заниматься металлом? Возить его откуда-то? Самому выплавлять? Последнее кажется смешным, потому что у нас краевой центр и большинство предприятий занимается переработкой продукции сельского хозяйства, хотя, говорят, у нас есть кое-какие полезные ископаемые, включая нефть, газ и, например, йод, о чем я узнала совсем недавно. Журналистка, работающая в краевой газете!

Да что там йод, я вдруг поняла, что даже подробности работы моего мужа мне неизвестны. Знаю, что иной раз он сам ездит в командировку, хотя у него есть подчиненные, которые непосредственно занимаются организацией поставок. И что бывают трудности, из которых Женя так или иначе выкручивается…

Вообще, если разобраться, журналисты в большинстве своем дилетанты. На самом деле нельзя же знать все. И пусть я работаю в промышленном отделе, но приходится сталкиваться по ходу дела с чем угодно, в том числе и с уборкой урожая, и с надоями молока, — если ты уезжаешь на редакционной машине за двести километров, то грех не привезти информацию на первую полосу! Так что поневоле приходится почитывать соответствующую литературу, чтобы знать, на каком слоге делать ударение в слове «зяби».

Но я отвлеклась. Итак, первый вопрос, который я задала своему будущему герою, был не слишком оригинальным:

— Чем вы занимаетесь?

— Металлом, — ответил он.

— В больших количествах?

— В огромных!

Такого со мной еще не было. Чтобы я поехала брать интервью и не проштудировала как следует литературу по теме, касающейся непосредственной работы интервьюируемого. Выходит, меня так выбил из колеи вчерашний разговор с мужем, что я забыла о самом элементарном.

Но тут я мысленно прикрикнула на себя: никакой паники! — и решила, что будущим избирателям не так уж интересно будет узнавать о трудностях транспортировки или о недобросовестности поставщиков, потому предложила ему:

— Давайте начнем поэму о вашей жизни с самого начала.

— Давайте, — согласился он.

— У вас брак первый или второй?

Он изумленно взглянул на меня и расхохотался.

— Вот уж не думал, что брак — это начало жизни. Я ждал, что вы начнете расспросы с того, как я вел себя в детском саду… Но школу я окончил с золотой медалью.

Он посмеивался, но глаза его продолжали наблюдать за мной. Вроде он ждал, какую еще глупость отмочит эта журналисточка.

Тут пришла моя пора задуматься. Все-таки в нас прочно укоренилось представление о крупных бизнесменах именно как о новых русских, которые путают Бебеля с Бабелем, а школу оканчивают с трудом и лишь благодаря денежкам родителей. Но вряд ли при всех деньгах папаши мальчика стали тянуть с неудов на золотую медаль. Значит, он всегда был толковый?

С ума сойти с этими стереотипами! Во-первых, вовсе не факт, что его отец тоже был богатым человеком. Однако от моего вопроса о браке он весьма ловко ускользнул, потому что иначе непременно похвастался бы, как это любит делать Владимир Винокур. Мол, у нас в шоу-бизнесе — или у нас, у крупных бизнесменов — мало осталось таких мужчин, которые живут в первом браке, а я вот, видите, какой исключительный!

Он прав, начинать нужно с детства, с родителей, иначе у меня получится некий куцый образ и читателю не будет ясно, сделал этот человек себя сам или воспользовался денежками родственника…

Стоп! Прав главный редактор насчет моей привычки до всего докапываться. Но он не знает, что я еще и двигаюсь по накатанной колее. Наверняка для избирателей портрет должен рисоваться совсем другими красками.