|
Во время поездок Аня просит ее не беспокоить, так как мобильная связь там не приветствуется. Я отсутствовала недели три, время от времени звонила Анюте. Иногда она отвечала, иногда – нет, но я не волновалась, ведь она больше не одна, и у нее появилось дело, которое помогает ей держаться на плаву. А потом вдруг связь оборвалась. Вот тут-то я и всполошилась, ведь к тому времени Анюта давно должна была вернуться домой! Приехала в город, проверила свою квартиру – все в порядке, но соседка сказала, что дочка давно не появлялась. Да я и сама поняла – цветы мои почти все приказали долго жить, засохли безвозвратно! И я рванула в ее квартиру. Честно говоря, сердце замирало от ужаса: вдруг, думала, она за старое взялась?! Но нет, все оказалось иначе…
– Расскажите поподробнее, – попросила Алла. – Вы пришли, позвонили в дверь… – Да не звонила я… Вернее, сначала я вставила ключ в замок и попыталась открыть дверь… – У вас есть ключ? – Естественно! Если бы не это, Анюты уже не было бы в живых! – Хорошо, – кивнула Алла, вспомнив, что именно мать спасла Анну, когда та пыталась вскрыть вены в ванне. – Что произошло потом? – Вот тогда я уже позвонила, но мне не открыли. – С соседями поговорили? – А как же – слава богу, у нас прекрасные отношения, и они в курсе нашей ситуации. Они-то мне и рассказали, что очень удивились, узнав, что квартира продана. Продана, можете вообразить?! – Они видели вашу дочь с тех пор, как вы уехали на дачу? – В том-то и дело, что нет! Они увидели, как в квартиру въезжают новые жильцы – все как положено, со своей мебелью и скарбом. Поинтересовались, как так вышло, что Аня продала жилплощадь, а никто ни сном ни духом! – И как же? – Новые соседи сказали, что купили квартиру вовсе не у Анюты, что продавец мужчина… На самом деле, они не больно-то расположены были к беседам – видимо, поняли, что дело нечисто, а потому с тех пор ни с кем не общались. – А та… баба Поля, кажется, которая присоветовала Анне воцерковиться… – В том-то и дело, что она понятия не имеет, что случилось! Говорит, Анюту в храме не видела с того времени, как она в паломничество отправилась. Я-то думала, они вместе, а оказывается… Аллочка, я ничегошеньки не понимаю! Бог с ней, с квартирой, мне бы Анюту мою найти или хотя бы узнать, что жива она, что в порядке… – Я понимаю, Евгения Николаевна, не переживайте раньше времени. Вы правильно сделали, что обратились к нам: то, с какой скоростью состоялась сделка с недвижимостью вашей дочери, и тот факт, что никто о ней не знал, почти со стопроцентной уверенностью позволяет предположить мошеннические действия. Либо Анну обманом заставили оформить сделку, либо она вынуждена была на нее согласиться, потому что вляпалась в неприятности. Что же касается ее безопасности… Знаете, сейчас не девяностые, и человека, у которого имеются небезразличные родственники, обычно не убивают. Давайте надеяться на лучшее, хорошо? Алла кривила душой: совсем недавно она расследовала дело об «отжиме» квадратных метров у бывших детдомовцев, и некоторые из них погибли. Правда, те, кто этим занимался, пребывали в полной уверенности, что «ненужных» ребят никто не станет искать! – Дайте-ка мне адресок вашей бабы Поли – это во‐первых, – попросила она. – Кроме того, мне нужно знать, в какую церковь ходит Анна. Еще я попрошу вас составить список ее друзей и ближайших знакомых, с которыми она в последнее время общалась, а также коллег. – Разумеется, разумеется, я все сделаю, только бы вы Анечку мою нашли!
* * * Антон блаженно потянулся и устремил глаза в потолок: никогда раньше над его кроватью не был натянут балдахин – он видел такое только в исторических фильмах! Но Карина Степанян ни в чем себе не отказывала. |
