— Ах-ха, — промолвил Карелла.

— Итак, что вы об этом думаете?

— Мы думаем, что дело идет об убийстве человека по разделу два, — ответил Карелла, — потому что он приехал с явно выраженной целью…

— Но мы не знаем этого, верно? — заметил Вайнштейн.

— …пустить пулю в голову Тилли.

— Хорошо, если вы собираетесь трактовать это таким образом, — произнес Вайнштейн.

— Ах-ха.

— Я читал книгу о Мексике, — продолжал Вайнштейн, — в которой доказывается, что надписи на стенах являются проявлением национальных обычаев. Именно поэтому можно видеть столько надписей на стенах в испанских районах.

— Это является причиной? — спросил Карелла.

— Да, это проявление национальной испанской культуры, — подтвердил Вайнштейн. — Всегда очень важно понимать, почему совершаются те или иные поступки.

— Да, возможно, вам удастся объяснить на суде почему, — заметил Карелла.

— Почему вы так скептически к этому относитесь? — спросил Вайнштейн.

— Потому что на сегодня мы имеем только признание в убийстве, — пояснил Карелла.

— Ну хорошо, понятно, — промолвил Вайнштейн.

— Да, вот еще что. Вы были там, когда он подтвердил, что видел Тилли…

— Да, но…

— …стоящим около дома. Тот ожидал кого-то…

— Мы не можем считать, что это достоверный факт…

— …Под дулом пистолета заставил его спуститься в подвал…

— Да, но…

— …застрелил его сзади…

— Да…

— …а затем повесил его.

— Я имел в виду именно это обстоятельство, когда говорил о проявлении национальной культуры.

— Да, это очень культурный подход, — вмешался в разговор Мейер. — Подвесить человека к потолку после того, как застрелил его.

— Фактически в этом проявились особенности национальной этики.

— Я имел дело с людьми, повешенными на фонарных столбах, — произнес Карелла.

— Что? — переспросил Вайнштейн.

— Прямо здесь, — проговорил Мейер. — Юные девушки, повешенные на фонарных столбах.

— Уличные проститутки, — прояснил Карелла, — повешенные на фонарных столбах.

— И это не выглядело проявлением культуры, — сказал Мейер.

— А это выглядело. Тилли необходимо было наказать. Неужели вы не понимаете? Не только застрелен, но и наказан, повешен в назидание другим. Именно поэтому я считаю, что преступление можно отнести к статье об убийстве человека, раздел первый. Этот человек был в тисках эмоционального…

— Чепуха, — сказал Мейер. — Он был в тисках желания приехать туда и совершенно хладнокровно убить человека.

— Потому что этот человек унизил его. Вы слышали, как он говорил об этом, верно? Он говорил, что был унижен?

— Да, мы слышали, как он говорил об этом. Мы также слышали, как он сказал…

— Унижение, — отметил Вайнштейн. — Это очень важная штука в тех странах, откуда они родом. Потеря лица. Проблема мужской чести.

— Жаль, но здесь я не вижу никакой культуры, — сказал Карелла, — и поэтому мы собираемся просить районного прокурора предъявить обвинение в убийстве по разделу два.