– Коулби, а вам не кажется, что вы немного спешите? У нас с вами, если я не ошибаюсь, не было еще ни одного свидания…

Коулби обвел столик широким жестом.

– Можно считать, что одно свидание у нас уже состоялось.

– Нет, это не так. – Бет нервно смяла промасленную бумагу, в которую был завернут ее бутерброд, и затолкала комок в пакет. – Честно говоря, дело в том, что я не заинтересована в каких-либо близких отношениях с вами… – Она встретилась с ним глазами. – Если, на ваш взгляд, после всего сказанного мы не сможем продолжить обсуждение нашей сделки – что ж, мне очень жаль. И, если вы решили задержаться в Бизби, ожидая, что я передумаю, боюсь, вы напрасно тратите время.

Похоже, ее заявление нисколько не удивило и не задело его.

– Надеюсь, вы не проводите жизнь в мечтах о Тремейне.

Бет встала.

– Знаете, у меня нет ни малейшего желания впускать в мою жизнь кого-либо из вас двоих.

Коулби тоже поднялся и взял со стола пустой пакет.

– Бет, я всего лишь хочу сказать, что надежнее ставить на меня, чем на него.

– Да будет вам известно: я человек не азартный.

– Ну и ладно… – Он убрал в пакет пустые бутылки. – А вот лично я люблю азарт и риск.

Бет поняла, что еще чуть-чуть – и она взорвется.

– До свидания, Коулби. И спасибо за бутерброды.

– Мне было приятно угостить вас. – Он направился к выходу. – До завтра, – произнес он через плечо, выходя из магазина.

Бет выругалась сквозь зубы. Ей не хотелось видеться с ним ни завтра, ни послезавтра, ни в какой-либо другой день. Чего ей ужасно хотелось, так это сказать ему, что она никогда не согласится на условия «Хэндмейд» и уж, разумеется, никогда не оправдает его ожидания.

Она включила компьютер и принялась печатать ярлычки для коробок со стеклорезами, одновременно раздумывая о том, как же ей лучше всего поступить. Пожалуй, придется продолжить обсуждение контракта с Коулби, при этом никак не поощряя его. И разумнее всего будет держаться той же тактики с Майком, хотя тут ей понадобится вся ее выдержка и все благоразумие. Ведь она ночи напролет мучается… сгорает, от неутоленного желания, и объект ее страсти – именно Майк.

Глава 7

Бет забралась в машину Майка, и он сразу понял, что у нее выдался трудный день. Стараясь как можно реже бросать голодные взгляды на ее стройные ноги, он начал нажимать кнопки магнитолы, в надежде поймать какую-нибудь легкую мелодию, которая поможет Бет хоть немного расслабиться.

– Лучше подожди, пока мы не подъедем ближе к Таксону, – заговорила наконец Бет, когда они выехали из Могильного каньона и направились к туннелю Времени.

Майк послушно выключил радио.

– Я просто думал, что музыка поможет тебе взбодриться.

Бет взглянула на него, и ее глаза за стеклами солнцезащитных очков показались Майку непроницаемо-загадочными.

– С чего ты взял, будто мне надо взбодриться?

– Когда ты так стискиваешь зубы, это значит, что ты расстроена.

– Я вовсе не расстроена.

– А я говорю – расстроена.

– Да нет же! – Она состроила гримасу. Майк расхохотался.

– Вот теперь верю.

– Во всем виноват этот чертов Коулби. Он настоял на том, чтобы перекусить у меня в мастерской, а после его ухода я не могла сосредоточиться, и стекло трескалось у меня под руками.