— Мою Булочку. — Она приподняла дрожащий меховой комочек.

— Это было до или после того, как он пытался сам съесть вашу Булочку? — с явной насмешкой в голосе поинтересовался низкорослый блондин.

Бастьен нахмурился. Было ясно, что по крайней мере один из полицейских считает старушку сумасшедшей. Похоже, не один Бастьен так подумал. Женщина прищурилась и посмотрела на полицейского так, как умеют смотреть на нарушителей дисциплины только учительницы начальных классов.

— Не морочьте мне голову, молодой человек. Я не какая-нибудь выжившая из ума дура. Сейчас в этом доме два человека находятся в смертельной опасности.

— Два человека? — спросил напарник блондина.

— Да. Та симпатичная рыжая девушка из новостей и молодой человек, который пришел и освободил меня и Булочку, чтобы я могла вызвать вас.

Офицеры посмотрели вначале на дом Ренбергера, а потом друг на друга.

— Почему они не вышли вместе с вами? — спросил блондин.

— Меня Норман просто связал. Тот парень смог меня развязать, но вот девушка — она прикована к гробу.

— К гробу?

— Говорю вам, он считает себя вампиром, — раздраженно повторила старушка. — Он безумен! И хватит тут валять дурака! Идите и помогите тому молодому человеку вызволить девушку. Это ваша работа!

Когда служители закона в нерешительности переглянулись, не зная, как реагировать на ее безумные заявления, старушка презрительно хмыкнула и направилась к дому Ренбергера в одиночестве.

— Ладно. Тогда я пойду и попрошу того молодого человека, чтобы он вышел. Если его уже не убил этот омерзительный Норман.

Она выбежала со своего двора и успела пройти половину пути до дома Нормана, когда полицейские вышли из ступора и поспешили за ней. Маленькая женщина действительно была очень отважной. Она поднялась на крыльцо и вошла в дом еще до того, как они успели ее нагнать.

— Сделай меня вампиром.

Рейчел немного сдвинулась в сторону и из-за плеча Этьена посмотрела на Паука. Она никак не ожидала, что именно эти слова услышит после минутного молчаливого противостояния.

— Да бросьте вы! — взвыл Паук, не дождавшись ответа ни от Этьена, ни от Рейчел. — Почему все самое лучшее должно доставаться вам одним? Ну сделайте меня вампиром, пожалуйста. Ладно?

Этьен оглянулся на Рейчел, словно хотел услышать от нее подтверждение того, что Паук не бредит.

— Перевоплотите меня, и я подарю вам покой, — пообещал Паук.

— Покой? — в недоумении переспросил Этьен.

— Вампиры всегда хотят покоя, — торжественно заявил Паук. — Ну, в основном. Как только им втыкают кол в сердце, они сразу успокаиваются. В кино у них становятся такие умиротворенные лица. Иногда они даже благодарят того, кто их проткнул. Дракула — исключение. Я не думаю, что он хочет покоя, но он ведь живет уже целую вечность. — Паук с любопытством посмотрел на Этьена. — Ты встречался с Дракулой?

— Паук, ты понимаешь различие между фантазией и реальностью? — спросил Этьен.

— Конечно, понимаю, — сказал Паук и криво усмехнулся. А затем нетерпеливо добавил: — Просто сделайте меня вампиром, а я за это вас успокою.

Этьен усмехнулся:

— Ты хотя бы понимаешь, что ты предлагаешь? Ты просишь меня подарить тебе вечную жизнь… а в обмен хочешь забрать мою? Эй, ты хочешь жить вечно. Что заставляет тебя думать, что я не хочу того же?

— О, брось. Ты, должно быть, уже устал от жизни. Сколько тебе? Пять сотен лет? Шесть? — Паук задумался. — Ты должен быть очень старым.