|
Неужели она интересует Этьена как женщина? Судя по его сердитому лицу, на котором черным по белому читалась ревность, так оно и было. Тогда почему наедине он держался с ней исключительно по-дружески?
Но возможности хорошенько поразмыслить над этим вопросом ей не представилось. Так же, как и Томас, Этьен заключил ее в объятия, совершенно игнорируя заводную музыку. В это с трудом верилось, но он прижал Рейчел к себе еще теснее, чем его кузен. Рейчел буквально распласталась на его груди, всем своим естеством ощущая каждую выпуклость и впадину его тела, да так, что захватывало дух. Через каких-то пять минут ее бросило в жар, стало трудно дышать и отчаянно пересохло в горле.
Когда Рейчел заикнулась об этом Этьену, он моментально согласился и проводил ее обратно к столику, где с довольной улыбкой уже сидел Томас. Очевидно, он решил составить им компанию.
Бросив на двоюродного брата косой взгляд, Этьен отодвинул для Рейчел стул — редкий знак внимания в наши дни. Ее ухажеры никогда не проявляли такой заботы.
— Ведите себя хорошо. Я скоро.
Рейчел удивленно посмотрела ему в спину. Этьен скрылся за дверью со значком, во всех странах мира обозначавшим мужчину. В туалете.
— Что будем пить?
Рейчел неуверенно посмотрела на приветливо улыбающуюся официантку и, словно ища поддержки, перевела взгляд на Томаса.
— Я не знаю, что тут подают, — растерянно созналась она. Раз это бар для вампиров, разумно предположить, что других напитков, кроме крови, здесь не держат. Но кто знает?
— Предоставь это мне, — предложил Томас. Рейчел бы вздохнула с облегчением, если бы не настораживающая ухмылка на его, лице. — Два «Сладких экстаза» и одну «Деву Марию».
— Что еще за «Дева Мария»? — подозрительно спросила Рейчел, когда официантка отошла от их столика. Она так поняла, что «Сладкие экстазы» предназначались для мужчин, а для нее — «Дева Мария». Ответ Томаса показал, что она заблуждалась.
— Кровь, вустерширский соус и соус табаско с капелькой свежевыжатого лимонного сока. Люблю остренькое, — ухмыляясь от уха до уха, сообщил он.
— А-а, — пролепетала Рейчел. Более мерзкое сочетание было трудно придумать. Она даже боялась спрашивать, что намешано в «Сладком экстазе».
— Иногда лучше не знать. — Томас наклонился к ней, чтобы не кричать через весь стол. Опять он прочел ее мысли! Рейчел уже стало раздражать, что невозможно ничего подумать без того, чтобы кто-нибудь не подслушал твои мысли. С Этьеном, уверявшим, что он не может проникнуть в ее сознание, она чувствовала себя гораздо свободнее. Даже если он лукавил, то по крайней мере тактично не отпускал замечаний.
— Да мне без разницы, — ответила она. — Я хотела предупредить, чтобы ты не беспокоился, даже если здесь подают одну кровь. Все равно я еще не научилась ее глотать. Никак не пойму, в чем тут секрет.
Томас задумчиво посмотрел на Рейчел, как она подозревала, прощупывая ее сознание в поисках причины такого отвращения, и спустя пару минут сказал:
— Не расстраивайся. У моей невестки была та же беда, но мы нашли выход. Я тебе покажу, когда официантка принесет коктейли.
У Рейчел мелькнула надежда, что он действительно даст дельный совет, а потом ее мысли вновь вернулись к ингредиентам «Сладкого экстаза».
— Здесь большой выбор напитков, — сообщил Томас, снова подслушав ее мысли. — Есть коктейли вроде «Девы Марии», в которых чистая кровь смешивается с какими-нибудь добавками, а есть просто разные сорта крови. Например, «Сладкоежка».
— «Сладкоежка»? — переспросила Рейчел. |