Я понимала, что мои аргументы достаточно веские, но боялась, что ярость может достичь таких масштабов, что мой пронзительный крик достигнет ультразвуковых частот, и в моей правоте над эгоистичным козлом Саймоном меня поддержит разве что несчастный дельфин.

– Ради бога, Эллен. Почемы ты вечно пытаешься соревноваться? Ты уничтожила сервант моей бабушки, а теперь жалуешься, как ты от всего на свете устала, – простонал Саймон.

– Это не соревнование; я просто объясняла, как провожу свое «свободное» время. А теперь, уж прости, я пойду «наслаждаться» своим свободным временем вместе с детьми в гостях.

– Мы собираемся к Софи и Тоби, – вмешался в разговор Питер.

– У Софи и Тоби нет мамы; они живут со своим папой Сэмом. Мама Люси Аткинсон говорит, что Сэм очень привлекательный, – услужливо сообщила Джейн.

– Кто этот ваш Сэм? – холодно спросил Саймон.

– Папа новеньких одноклассников. Недавно развелся, – ответила я.

– И что, он прям привлекательный?

– Не обратила внимания, если честно, – нагло соврала я, надеясь, что на самом деле не покраснела.

Было приятно находиться у Сэма. Мне нравится его дом. Я не раз ловила себя на мысли, каково это – пить кофе по утрам за этим кухонным столом, а сонный Сэм с растрепанными волосами сидит, укутавшись в халат, напротив меня. Нет, не халат. Так несексуально. Может быть, какие нибудь пижамные штаны Calvin Klein и хорошая футболка, довольно узкая и чтоб обязательно была щетина… ОСТАНОВИСЬ, ЭЛЛЕН! ПРЕКРАТИ ОБ ЭТОМ ДУМАТЬ НЕМЕДЛЕННО!

Суббота, 10 октября

Ходили сегодня с детьми в парк. Почему то прогулки в парке редко бывают по настоящему веселыми, какими они по идее должны быть. Сначала мне предстоит увлекательная задача прочесать всю игровую площадку и убедиться, что там не валяются разбитые бутылки или презервативы, оставленные скучающими подростками (хотя, наверное, надо радоваться, что они по крайней мере помнят о мерах предосторожности даже после бутылки дешевой водки. Конечно, объяснять детям, почему нельзя поднимать сдутый шарик с земли, – дело не из приятных, особенно если у тебя похмелье). Затем, разумеется, нужно пройти через унижение, наблюдая, как Каста Идеальных Мамаш раздает своим розовощеким отпрыскам домашние финиково зерновые батончики, а я не взяла с собой никакой еды, рассчитывая, что мои дети смогут провести целый час без желания закидывать себе в клюв что нибудь каждые тридцать секунд. Но так как я – единственная мама, которая не приготовила ничего на перекус, кажется, я ошиблась, и их нужно постоянно кормить, как вопящих птенцов. Главное, не позволять им есть червей, иначе нахватаетесь неодобрительных взглядов, хотя я и через это уже прошла, когда Питеру было три года.

Пока я копалась в карманах в поисках хоть чего то съедобного, наткнулась на кусочек желатинки, на который поналипла пыль. В этот самый момент в парк пришел не кто иной, как Сэм. Я отметила, что и он посмел выгуливать детей без запасов еды на целый батальон на срок осады в месяц. Он прошел через всю площадку и сел рядом со мной, несмотря на то, что Идеальная Мать Идеальной Люси Аткинсон со своими приспешницами промурлыкали приветствия и попытались подкупить его детей своими запеченными кабачками («Не переживайте, в них нет сахара, я использую только яблочный сок в качестве подсластителя»). Вполне возможно, что Сэм решил сесть рядом со мной, потому что, придя в парк первой, я стратегически верно заняла единственную скамейку с небольшим укрытием от пронзительного восточного ветра, который грозит родителям простудой, в то время как дети сбрасывают свои дорогие теплые куртки и бесятся, не обращая внимания на холод.