— Нахрен это. И на хрен вас!

Блу и я снова переглянулись и пожали плечами.

— Нахрен это место! Вы проклятые воры. Ваше дерьмо не такое уж и хорошее.

Мы уставились на него.

— Ты маленькая дрянь, —он указал на Блу.

Блу моргнула, словно не понимая и половины того, о чем он думал. Но я поняла.

— Хей! Это необязательно! — огрызнулась я. Почему людям нужно быть такими грубыми?

А затем раздраженный парень перевел свой палец на меня, игнорируя мою выходку.

— А ты, ты…

— Отвали чувак.

Блу и я обернулись и увидели Декса, выходящим из своего офиса.

Вот дерьмо.

С тем настроением, с которым он ходил весь день, я с облегчением выдохнула, когда он закрылся в кабинете, появившись в салоне. Утром он вышел из спальни со сжатыми губами, напряженной челюстью, злым на весь долбанный мир. Только за то, что я спросила,слышал ли он что-то от Сонни, он рявкнул на меня:«Цыц». Я не была уверена, что его так вывело, но знала точно, что лучше не спрашивать.

Бунтовавший парень, казалось, расслабился. Я не поняла почему. Видимо раньше он никогда не разговаривал с Дексом. Иначе, он бы знал, что его выражение лица никак не спасет и не облегчит ситуацию.

— Бро, две твоих шалопайки пытаются развести меня на крупную сумму! — сказал Обозленный Парень с тем же облегчением на лице. — Могу я получить скидку, как новый клиент?

Декс дошел от своего офиса до моего стола как раз тогда, когда парень закончил свою речь. Он всталвозле меня. Между нами было семь дюймов (прим. пер. — примерно 18 см.). Если я сдвину руку, она коснется его мускулистых татуированных бедер, которые он мне показал несколько дней назад. Тогда, эти мускулистые бедра заставили меня задуматься о пирсинге на его члене, прежде чем я себя одернула. Каким-то образом, я превратилась из девственницы в женщину, которая постоянно думает о пирсинге на гениталиях и сосках.

— Нет, бро, я не сделаю. Даже, если бы делал скидку, то уж точно не тому, кто приходит в мой салон, вопит и обзывает моих сотрудниц маленькими засранками и хрен знает, как еще ты собирался назвать Ритц, — выдавил он слегка ворчливым голосом.

Обозленный Парень сдулся и начал трясти головой, как бы говоря, что этот разговор с Дексом еще не окончен.

— Ооо, да ладно тебе, бро.

— Убирайся нахрен отсюда, пока я сам не выбросил твою задницу, БРО, — предупредил Придурок.

Оууу, ммммм. Я случайно перехватила взгляд Блу. У нас обеих глаза были широко раскрыты.

Декс сделал длинный глубокий выдох через нос.

— У тебя есть пять секунд, чтобы убраться отсюда.

Не думаю, что это нуждалось в пояснении. Я бы ушла, унося ноги. Декс былстрашным, когда злился. Хотя, он каждый день был довольно устрашающим. Мне нравилось думать, что причина была в чернилах на его руках, но это не так. Он постоянно носил футболки, и его татухи всегда были на виду. Черный и серый цвета на загорелой коже первыми бросались в глаза, когда ты разговаривал с Дексом. Но сейчас, все больше узнавая его, я понимала, что совсем не татуировки делали его таким устрашающим.

У Декса проскальзывал период — страшного мудака. Он излучал чистое «мне-похрен-на-все» отношение. Это было страшно. Невозможно контролировать или предугадать действия человека, которому все пофиг. Такие люди, как дикие кошки. Добавьте к этому его Дюна и татуировки, и да — пугающую внешность.

Когда Обозленный Парень поднял руки в жесте «какого-хрена», Декс качнул головой.

— Пять, — начал он отсчитывать. — Четыре, три…

— Боже. Идите нахуй. Нахуй все это с заоблачными ценами, дерьмо! — голос Обозленного Парня сорвался на визг.