— Спасибо, — вежливо поблагодарила Лаура и внимательно посмотрела на него. — По-моему, мы раньше где-то встречались.

— Это Карло Манчини, один, из работников в «Форли Палас», — представил его Доменико. — Он доставит наш багаж в мою квартиру раньше, чем мы туда приедем. Все готово, Карло?

Молодой человек улыбнулся и кивком головы указал на плавучую пристань.

— Вас ждут, синьора.

Глаза Лауры расширились. На водной глади их ожидало не речное такси, а гондола, украшенная цветами. Улыбающийся гондольер снял соломенную шляпу в знак почтения, когда Доменико помогал Лауре забраться внутрь. Лаура вежливо ему улыбнулась и села, краем глаза замечая, что они оказались в центре внимания небольшой кучки туристов, нацеливших на них объективы фотоаппаратов и видеокамер. Доменико нежно ее обнял.

— Вот почему нам пришлось лететь ранним рейсом сегодня, — шепнула Лаура ему на ухо, когда гондольер опустил весло в воду.

Доменико победоносно улыбнулся, глядя на Лауру своими ярко-голубыми глазами.

— Мы, венецианцы, катаемся на гондоле только в день свадьбы. Я знаю, что моя практичная невеста отрицает романтические жесты, но это традиция, моя дорогая Лаура, даже если ее соблюсти днем позже.

— Мне нравятся ваши традиции, — сказала Лаура, глядя на позднее зимнее солнце, колеблющееся на воде по мере того, как гондольер умело обходил оживленный поток транспорта на Канале Гранде. Она искоса посмотрела на Доменико. — Все зависит от того, кто делает эти жесты.

— С этого дня их будет делать только твой муж, — предупредил Доменико.

— Несомненно, — согласилась Лаура. — Расскажи мне, что будет дальше.

— Мы поедем в квартиру и перекусим, — продолжал Доменико, все крепче сжимая Лауру в своих объятиях. — Позже поедем в «Форли Палас», где нас встретит персонал и устроит праздничный обед. Он будет подан рано, поэтому мы сможем лечь пораньше, чтобы хорошенько отдохнуть перед путешествием в Умбрию.

Размеренное путешествие вниз по Каналу было самым прекрасным моментом из этих двух дней, которые запомнятся Лауре на всю жизнь, начиная со свадебной церемонии в Лондоне. Гуидо и Анна Чиеза с умилением смотрели, как их любимый сын надевает обручальное кольцо на палец невесте. Доменико разубедил Лауру в ее желании надеть не подходящий по случаю свадьбы наряд невесты, а платье подружки невесты, которое она так и не надела на свадьбу Фен.

— Ублажи мою прихоть, дорогая моя, — попросил он, и Лаура сдалась. Ее мать с жаром согласилась с Доменико. Но Изабелл отказалась от предложения Доменико заплатить за платье.

— Я позволила тебе заниматься организацией приема в Лондоне, но платье для своей дочери я должна купить сама, — мягко настояла Изабелл, и Доменико, рассмеявшись, поцеловал руку будущей теще.

Позже, на торжественном ужине, Доменико произнес благодарственную речь в честь Изабелл Грин, позволившей ему взять в жены свою прекрасную дочь, и пригласил ее и Эбби посещать Венецию так часто, как они захотят.

— Ты о чем-то задумалась, — заметил Доменико, глядя на Лауру, любующуюся зданиями вдоль берега канала.

— Я думала о свадебной церемонии, — повернулась Лаура к Доменико с улыбкой на устах. — Ты сказал прекрасную речь.

— Я продумал каждое слово. Мне очень нравится моя новоиспеченная теща, и Эбби сейчас относится ко мне намного теплее. Она чудесная девушка. Я буду о ней заботиться, когда она приедет к нам.

— Ты сильно переживаешь из-за того, что произошло с ней?

— Конечно. Ни один мужчина больше не должен обидеть ее.