Loading...
Загрузка...

Изменить размер шрифта - +
.. и так далее.

Забавно.

Все это было бы еще забавнее, если бы эти статьи-некрологи не опережали реальности всего на две недели...

Но если врачи зря теряли с ним время, то Юберу не хотелось терять своего, и он решил воспользоваться оставшейся ему для жизни неделей.

В палату вошла некрасивая медсестра:

– К вам пришли. Напоминаю, что вам нельзя утомляться.

– Это вы меня утомляете, – рявкнул Юбер, невзлюбивший ее с первого дня.

Вошел Баг. В горле Юбера что-то сжалось. Приятно в такой момент встретиться со старым другом. От него не ускользнуло волнение Бага: он знал, как изменила болезнь его внешность. В глазах Бага стояли слезы, но он улыбался.

– Готовься, старина, сейчас тебе сделают один укольчик...

– Но я не собака, – сказал Юбер. – Если они складывают оружие, то я своего не сложу. Я ухожу отсюда, и эта неделя моя. Я устрою нечто такое, что еще никто не видывал!

Баг перебил его:

– Они нашли.

– Что? Они нашли? Естественно... В сущности, я никогда в этом не сомневался. Никогда...

– Лаборатория прислала ответ. В твое тело вживили радиоактивные частицы замедленного действия. От них ты и загибаешься...

Юбер широко открыл глаза.

– И я от них загнусь! – поправил он.

Баг покачал головой:

– Нет, это скоро пройдет. Через пять минут тебе сделают инъекцию нитрата циркония... Это новый препарат, в пятьдесят раз ускоряющий вывод из человеческого организма радиоактивных элементов. Через несколько дней ты освободишься от них, а через несколько месяцев ты совершенно об этом забудешь...

– Дай Бог! – прошептал Юбер. – Как ты сказал? Нитрат циркония?

– Да, – подтвердил Баг.

– Прекрасно, – сказал Юбер, – я попал в переделку благодаря бориду циркония и естественно, что цирконий вытащит меня из нее.

Баг продолжал:

– Я беседовал со Смитом: он считает, что тебе надо будет уйти в отставку. Он опасается за твою нервную систему.

– Дурак! – воскликнул Юбер.

Баг невозмутимо добавил:

– Кроме того, он поддерживает твою идею о пластической операции и, если ты не против, то получишь новые отпечатки пальцев...

Юбер улыбнулся.

– А что Менцель? – спросил он.

Баг понизил голос:

– В добром здравии, но навсегда возненавидел гемоглобин...

 

Смит протер свои очки и продолжил чтение рапорта, составленного Юбером:

"После того как мне заявили, что я должен убрать настоящего Менцеля, во время беседы с Данченко, я понял, что нахожусь в Москве, а не в Турфане, как предполагал. Я заглянул в лежащий на столе календарь: 25 сентября, четверг. Я справился у Данченко, и он подтвердил, что меня арестовали 25 сентября, в четверг, в подземных лабораториях в Турфане, в два часа сорок минут ночи. Около трех часов мне сделали укол, и я погрузился в сон. Проснулся я уже в Москве, то есть за четыре тысячи пятьсот километров, в четыре часа ночи, 25 сентября, то есть через час. На самом деле – через пять часов, принимая в расчет разницу во времени.

Таким образом, с того момента, как мне сделали укол в Турфане, и до моего появления в Москве прошло пять часов. Если отбросить время, затраченное на посадку, высадку, доставку в Комитет безопасности, то мы пролетели четыре с половиной тысячи километров за два часа тридцать минут, если не меньше.

Покрыть такое расстояние за столь короткое время можно только в летающей тарелке, из чего я делаю вывод, что я, к сожалению, сам того не ведая, совершил путешествие на этом аппарате..."

Смита прервал звонок.

Быстрый переход
Мы в Instagram