Я вижу, как гнев медленно уходит из его взгляда, и его глаза смягчаются. Я вздрагиваю, когда его голос становится плаксивым и жалостливым.

— Но, детка, тебе же прекрасно известно, что нам хорошо вместе. Тебе нужно дать нам еще один шанс.

Я быстро смотрю на Никса, который прислонился спиной к своему «Форду». Он поднимает палец и показывает им на циферблат часов, намекая мне, что время уходит.

Я решаюсь на отчаянный шаг.

— Хорошо. Мне, конечно, не следовало разрывать отношения с тобой таким образом, но я начала встречать с новым парнем. — Я показываю взглядом на Никса. — И в данный момент мой парень совершенно не рад тому, что ему приходится стоять и ждать меня, пока я разговариваю с тобой, вместо того чтобы находиться в моей квартире. И вот в чем проблема, он дал мне на разговор с тобой всего две минуты, если я не закончу говорить в установленное время, тогда он подойдет сюда и будет говорить с тобой по-другому. Поэтому сделай одолжение, свали отсюда наконец, тем самым ты сбережешь свою шкуру.

Я надеюсь, что говорила достаточно убедительно. Естественно, Никс не мой парень. Черт, я даже не могу назвать его другом. Но он точно надерет задницу Тодду, если он сейчас не свалит отсюда.

Взгляд Тодда теряет фальшивую мягкость и вмиг становится жестким, как прежде. За прошедшую минуту он показал мне множество эмоций, и про себя я гадаю, какая же из них была настоящей. Я вижу, как он бросает недовольный взгляд на Никса, и как напряженно сглатывает нервный комок. Затем он опять смотрит на меня и усмехается злорадной улыбочкой. Я внутренне съеживаюсь, так как это напоминает предостережение.

— Ты только что облажалась, Эмили. — Он начинает медленно отступать от меня, не сводя с меня своих глаз. Поднимает руку и указывает на меня пальцем. — Ты только что облажалась по-крупному, Эмили.

Затем он разворачивается и спокойно удаляется, засовывая руки в карманы своих джинсов.

Мое сердце стучит как отбойный молоток. Преследования Тодда всегда казались мне немного детскими, я думала, что это было от его избалованности. Но в этот раз было по-другому. В его действиях присутствовало что-то темное и опасное, чего я не замечала ранее. Осознание этого словно накрывает меня тяжелым покрывалом, и я вздрагиваю всем телом, чувствуя, что начинаю задыхаться от понимания, что он опасен. Если честно, я ужасно боюсь его.

Я смотрю через плечо на Никса. Какое бы ни было на моем лице выражение, я вижу, что это очень беспокоит его, он отходит от грузовика и собирается направиться в мою сторону, но я останавливаю его жестом. Я пытаюсь выдавить из себя улыбку, которая создаст видимость того, что все в порядке. Он нерешительно на меня смотрит, но я быстро разворачиваюсь и направляюсь в здание, чтобы добраться до своей квартиры.

Я не оборачиваюсь.

— Как ты себя чувствуешь, мой стейк?

Она смотрит на меня сердитым взглядом, Фил ненавидит свое забавное прозвище, плюс ее настроение омрачает то, что она страдает от сильного похмелья.

— Чувствую себя дерьмово. Как прошла твоя ночка?

— Ты не поверишь, если я расскажу тебе, что произошло со мной. — Я достаю тост, и она быстро кивает и выхватывает его из моих рук. — Фил, может, тебе достать сыр «Филадельфия»?

Она издает вымученный стон и качает головой. На данный момент простой подрумяненный тост, это все, с чем может справиться ее желудок после вчерашнего алкомарафона.

Я беру свой тост и сажусь напротив нее.

— Ну с чего бы начать… после того как ты ушла, точнее, после того как тебя унесли, Тина и Тоня бросили меня, оставив с парнем, который категорически не принимал слово «нет» в качестве ответа. Поэтому я позвонила Никсу и попросила забрать меня. Пока Никс добирался до клуба, я смогла в одиночку противостоять тому придурку, когда он попытался меня изнасиловать, укусив его за язык.