– Хам, повеса, безнравственный тип! – яростно выпалила Джулия.

Алек не спеша подошел к огню.

– Кем бы я ни был, это не меняет сути дела. Лучше подумайте о том, что вы можете приобрести, и еще о том, как могла бы измениться к лучшему ваша жизнь.

– Что вы можете знать о моей жизни? – В голосе Джулии слышалась почти детская обида.

Виконт не ответил на вопрос. Собственно, он и в самом деле почти ничего о ней не знал; но, чтобы представить ее будни, не требовалось богатого воображения.

– Ваша жизнь – это жизнь компаньонки, до которой никому нет дела. Ваши кузина и тетя ждут от вас исполнения любой своей прихоти, и на выполнение их причуд уходят остатки вашей юности. Им и в голову не придет подумать о вас или о ваших желаниях. И что вы получаете взамен? Комнатушку под крышей без обогрева и несколько вышедших из моды платьев?

– И вовсе я не живу под крышей, – холодно сказала Джулия, невольно проводя рукой по довольно изношенному платью. – А от тети Лидии я, кроме доброты, ничего не видела с тех пор, как...

– Доброты? Доброты, которая выражается в постоянных просьбах посидеть с другими компаньонками, как будто вы сами какая-нибудь сельская родственница или старая дева. Сколько вам лет, Джулия?

– Двадцать семь, – неохотно ответила она, от души желая, чтобы он замолчал. Да, ее жизнь не похожа на сказку, но она хотя бы приносила пользу людям. Правда, с новым положением в обществе она могла бы принести еще больше пользы...

Тем временем виконт продолжал свою безжалостную речь:

– Вы еще молоды, Джулия. Только представьте, как могла бы измениться ваша жизнь. Новые наряды и украшения, собственная карета, слуги, выполняющие каждое ваше желание. – Его голос звучал все увереннее. – Подумайте о планах, которые могли бы осуществиться, будь у вас деньги!

Этот мужчина явно опасен, так как умеет использовать слабости других людей в своих целях. Немного помедлив, Джулия спросила:

– И сколько же денег достанется мне?

Виконт усмехнулся:

– Десять тысяч годового дохода будут отданы в полное ваше распоряжение.

– Нет, – неожиданно спокойно сказала она. – Я хочу половину.

Улыбка замерла на губах Алека.

– Что вы сказали?

– Вы меня слышали. Половину. – Она потратит все до последнего пенни на Общество. Когда Джулия подумала о том, сколько хорошего можно сделать, имея такие деньги, ее боль немного утихла.

Алек выглядел ошеломленным.

– Но, дорогая, нам потребуются деньги на ведение хозяйства, а также на...

– На это вполне хватит пятнадцати тысяч в год. Этого более чем достаточно. В конце концов, это просто расточительство.

– Но тогда мне останется только двадцать тысяч фунтов!

– А на что вам такая сумма?

Его лицо ожесточилось, обозначились резкие складки у рта.

– Вы жадная маленькая тварь, – тихо произнес он. – И видит Бог, вы не так уж отличаетесь от Терезы.

Эти слова обожгли ее, как огонь, но она продолжала стоять на своем:

– Тереза пыталась лишить вас наследства, а я могу вам помочь получить его.

Губы виконта побелели от ярости.

– Помочь мне? Присвоив себе половину? Да это просто смешно! У меня есть потребности, о которых вы ничего не знаете!

– Я знаю вполне достаточно. – Она посмотрела на него из-под опущенных ресниц. Только теперь Джулия начала понимать, какие огромные возможности таит в себе богатство. На свете оставалось еще немало заблудших душ, которым могло помочь ее Общество, и к тому же Джулия пришла к выводу, что Алек тоже нуждается в помощи; вот только подобно многим он этого не осознавал.