– И как же?

– Очень просто – женитесь на мне.

Глава 2

Алек в изумлении воззрился на нее.

– А что тут удивительного? – резко сказала Джулия. – По-моему, это очень даже разумно.

Он протянул руку и решительно забрал у нее кружку.

– Я прикажу хозяину принести вам кофе.

– Но я совсем не пьяна! – Джулия вздернула подбородок с неожиданным достоинством. – Просто немного кружится голова.

– Немного? – Алек перекинул ногу через скамью, чтобы получше рассмотреть Джулию. Ее волосы в беспорядке спускались на плечи, а очки сползли набок. Не выдержав, он рассмеялся. – Вы совершенно правы, спиртное – это не для вас.

Почему-то совсем не задетая его замечанием, Джулия кивнула; при этом ее очки сползли еще дальше к кончику носа.

– Я вас предупреждала. Я говорила, что это наша семейная особенность. – Она нахмурилась. – Вам не следовало заставлять меня пить.

– Но я и не делал ничего подобного!

– Нет, делали. Вы сами постоянно пили, и мне нужно было как-то вас остановить. – Джулия заморгала, словно сова на свету.

Виконт улыбнулся.

– Вы старались совершенно напрасно: за завтраком я выпил гораздо больше.

– Ликер на завтрак и ром на обед. Неплохое меню. Но это не поможет вам решить вашу проблему. – Она наклонилась ближе к нему, и до него донеслось ее дыхание. – Вам придется жениться, и скорее всего на мне.

– На вас, мисс Франт?

– В завещании вашего деда говорится, что вы должны жениться на дочери последнего графа Ковингтона, так?

– Да, но...

– Там где-нибудь сказано, что это должна быть именно Тереза?

У Алека в голове начало кое-что проясняться.

– Нет, имя в завещании не указывается.

– Я так и думала; иначе вам пришлось бы оформлять специальное разрешение на брак.

Алек схватил Джулию за руки; глаза его расширились, улыбка буквально зачаровывала.

– Джулия, выслушайте меня. Ваш отец был когда-нибудь графом Ковингтоном?

Она весело улыбнулась своими дразнящими губами.

– Да. Целых два дня. – Джулия показала два пальца и легонько стукнула ими по его лбу. – Два дня. Можно пересчитать.

Алек подавил раздражение и взял ее худощавую ладонь в свою руку. Он никогда не видел, чтобы алкоголь действовал на кого-либо так сильно. При других обстоятельствах он нашел бы это в высшей степени забавным.

– Почему только два дня?

У нее неожиданно задрожали губы; в один миг ее веселое настроение сменилось печалью.

– Потому что он умер. – Она вытерла глаза рукой. – Он никогда не стремился получить этот титул.

– Почему же?

– Дедушка не очень-то любезно отзывался о моей маме, давал ей разные обидные прозвища...

Алек рассеянно пожал ее ладонь, которая так доверчиво продолжала покоиться в его руке.

– Он, видимо, считал ее авантюристкой?

– Нет-нет. Дедушка говорил, что она хуже авантюристки, потому что мама принадлежала к методистской церкви. Он проклинал ее и угрожал, что лишит всех нас наследства. Отец не пошел ни на какие уступки, он даже отказался от встреч с дедом.– Джулия рассмеялась. – Мама говорила, что на свете есть только один человек упрямее моего деда – мой отец. – Она взглянула на виконта, словно хотела разделить с ним радость своих воспоминаний; глаза се сияли, на щеках играл прелестный румянец.

Это был взгляд, который Алек никак не ожидал увидеть на лице мисс Дракон.