В зале я не увидела ни одной некрасивой женщины, все как на подбор были писанными красавицами, а я тут переживала, что буду выделяться как белая ворона своей кукольной красотой. Король, когда я задала наивный вопрос: «Что, в высшем свете некрасивых людей нет вообще, я же видела на улице и слуги?..» ответил улыбнувшись «Девочка, не некрасивых людей здесь нет, а бедных. Все эти так называемые „красавицы“ на самом деле были рождены с вполне посредственными лицами, но деньги и власть делают еще и не то. Почти все в этом зале хоть раз прибегали к помощи магов по улучшению внешности, и тем ценнее твоя красота — она природная».

Из всех знакомств, состоявшихся на балу, я хорошо запомнила митрисс Элеонору де Вивиен, жену главного казначея. Она одна смотрела на меня как на равного человека, без фальшивого сочувствия и жалости. Полноватая женщина, лет сорока с хвостиком, с горделивой осанкой, умным лицом и добрыми глазами. Вот с ней я не против завести более близкое знакомство.

Сделав круг почета и вернувшись в исходную позицию, король сел в свое кресло. На этом видимо, мои обязанности «первой леди» подошли к концу (показалось необременительно). Подошел Ленар и предупредил, что домой я поеду одна, он сейчас на совет, вернется поздно. Проводив к карете и усадив на сиденье, муж загадочно попросил дождаться его и не ложиться спать… Неужто намекает на супружеский долг? Конечно-конечно, дорогой, дождусь, а как же.

И первое, что я сделала, приехав домой, предупредила горничных и Фамию (экономку), что я смертельно устала и прошу не беспокоить, так как ложусь спать. Естественно, я еще почитала в комнате до глубокой ночи, а когда услышала открывающиеся ворота, выключила свет и позволила себе крепко-крепко заснуть, да так, чтобы не проснуться, когда муж зайдет в комнату.

И началась семейная жизнь. Завтракали мы вместе, эти полчаса и были единственным за весь день совместным семейным времяпровождением. Так как потом муж укатывал во дворец и очень редко приезжал к ужину, про обед я вообще молчу. И даже эти полчаса наедине с Ленаром я умудрялась выводить его из себя.

— Доброе утро, льер де Мирас.

— Доброе утро, льера Эльвиола.

— Вы так часто бываете дома, что я просто не успеваю соскучиться.

— Я с удовольствием бы вообще не показывался здесь, у меня апартаменты во дворце.

— Было бы прекрасно! Не перегружайте себя так, зачем вам лишние поездки, охранников беспокоите, слуг опять же, без вас так спокойно и тихо в доме.

— Я бы с радостью, но нам все-таки иногда нужно встречаться, — холодно произнес Ленар.

— Это зачем же? — я насмешливо взглянула на мужа.

— Я еще не оставил мечту заиметь наследника, а вы льера Эльвиола, похоже все силы бросили на избегание супружеских обязанностей. И вы очень изобретательны.

Это он, гад, намекает на позавчерашний случай. Приехал Ленар домой рано, видимо серьезно настроился лишить меня невинности. Придумывать сложный фокус было лень и я, вспомнив студенческие действа, закрылась в ванной и вызвала пальцами у себя рвоту, после этого пооджималась немного от пола и вуаля — красное потное лицо, бледный болезненный вид, неприятный запах изо рта. «Наверное что-то съела», — прохрипела я мужу, когда он вошел в спальню. Подняли на ноги горничных, кухарку, экономку (мне было так стыдно, я потом им подбросила в сумку по золотому за обман). Меня уложили в постельку и вызвали врача. Врач диагностировал мышечное напряжение, учащенное сердцебиение, рвоту, правда отравления в организме не обнаружил, списали на стресс, прописал покой пару дней. Дело замяли.

За неделю я умудрилась пару раз беспробудно заснуть, умаявшись бегая по городу, один раз у меня дико разболелась голова, еще раз приехала позже мужа смертельно уставшая, так как выполняла обязанности первой леди (присутствовала на заседании благотворительного комитета плюс поздний ужин).