– Я думал, вы согласны с Ван Райком, что мы не можем себе позволить их покупать.
– Да. Но это для меня. Я только хочу взглянуть.
– "Блуждающая звезда" часто торговала камнями, – припомнил Ван Райк.
Она кивнула.
– Мы сами делали оправы. Наш стюард прекрасный ювелир. Он получал призы в самых крупных гильдиях ультрасистемы. Он обрабатывал то, что мы приносили, и для торговли, и для нас лично. Нам нужно было поставлять материалы, а он создавал произведения искусства. И у меня выработалась привычка проверять все, что могло бы нам пригодиться.
– Ну, это не повредит, – заметил суперкарго. Он коснулся одного из своих пакетов. – Эти местные камни совсем неплохи. Я не возражал бы против покупки нескольких.
***
В этой части большого рынка продавались недорогие камни и металлы для их отделки, и большого разнообразия камней тут не было. 90 процентов товаров составляли канучские аметисты и красные рубины. А остальное рубины другой расцветки, почти все с пороками, к разочарованию женщины.
Продавались также мелкие полудрагоценные камни, обычные для всей ультрасистемы. Солнечных камней в этот день совсем не было.
Вольные торговцы купили несколько камней; могли бы больше, если бы нашли подходящего качества. Все покупали поодиночке. Груды в два‑три десятка они обходили стороной. Там были все камни низкого качества, а у них было из чего выбрать и без этого.
Но одна стойка привлекла внимание Коуфорт. На ней продавались как местные, так и импортные камни, а также различные минералы. Цвета удивительные и подчеркнуты искусным расположением.
Раэль выбрала несколько пакетов с камнями и высоко подняла их, чтобы лучи Халио осветили их содержимое, потом положила на место. Казалось, один набор розовых турмалинов заинтересовал ее, и канучец тут же заметил этот интерес.
– У этих расцветка лучше средней. Они идут по пятьдесят за карат.
Изогнутые брови женщины поднялись еще выше.
– Гильдия ювелиров на Гедоне не дала бы этим камням звездного качества, даже как синтетике.
Продавец выпрямился во весь свой значительный рост.
– Если бы они приближались к звездному качеству, то продавались бы не в наборе. Впрочем, это не синтетика, турмалины настоящие...
– Приберегите их для туземцев, – ответила Раэль. – Предпочтительно для тех, у кого нелады со зрением. Совершенно очевидно, что почти каждый камень на этом столе искусственный. Если хотите спорить, на Кануче есть оценщики, специально подготовленные для таких случаев. Одна такая будочка поблизости. Кто‑нибудь из моих товарищей может сходить...
– Спокойней. Я ведь только продавец, не геолог. Меня нетрудно обмануть. Мне показались они хороши, и я принял на веру, вот и все.
– Конечно, – сухо ответила она. Она так и рассчитывала, что он спасует перед угрозой. Официальные оценщики хорошо выполняли свою работу, а обманщиков ждало суровое наказание. Может, продавцу и удалось бы выкрутиться, но отныне за ним наблюдали бы, и это помешало бы ему в его делах.
– Послушайте, я продам себе в убыток, чтобы доказать свои добрые намерения. Берите по десятке за карат.
– По десятке? Мы ведь зарабатываем себе на жизнь, не забывайте. Вы их покупаете по четверти за карат, может, по половине за лучшие. И при цене в один кредит получаете хорошую прибыль.
– Один кредит! Да я тогда и за столик не заплачу!
– Ну, тогда берегите свой мусор, друг мой. По справедливости я не должна бы давать больше трех четвертей за карат. К тому же мы берем всего несколько, как сувениры, один для меня, другие для моих товарищей. Такую синтетику не перепродашь, и мне кажется, ваш деловой стиль не заслуживает большего. |