В мгновение ока ладонь Натании сжалась на горле Пайпер.

Натания толкнула ее на кровать, придавила коленом. Пайпер схватила Натанию за запястье, но не могла ослабить хватку. Раскрыв рот, но не в силах вдохнуть, она пыталась столкнуть с себя Натанию, но ничего не помогало. Натания была прочной и неподвижной, как камень.

— Невероятно, да? — проурчала Натания, душа Пайпер рукой. — У тебя совсем нет силы здесь. Наши тела отражают наши разумы. Твое тело бессильно, потому что твой разум бессилен против моего.

Пайпер вонзила ногти в ладонь Натании, но не смогла пробить кожу женщины. Ее легкие просили воздуха.

— Тебе не нужно дышать, конечно, но твой разум этого не знает. В этом месте твой разум — твое тело, а твое тело — твой разум, — она задумчиво напела мелодию. — Как думаешь, что будет, если я убью тебя?

Она склонилась ближе, улыбаясь в глаза Пайпер, на которых выступили слезы.

— Я подскажу: ты больше не проснешься.

Пайпер перестала бороться. Проснуться. Да. Ей нужно проснуться, пока Натания не убила ее. Зажмурившись, она пожелала проснуться изо всех сил.

Натания зашипела.

Пайпер открыла глаза. Стены комнаты дрожали. На секунду ей показалось, что она услышала голос, зовущий ее — далекий, приглушенный и мужской. Стиснув зубы, она пожелала проснуться снова. Комната мерцала, края смягчались, словно лед таял летом, но она не знала, просыпается или теряет сознание.

Натания взмахнула волосами и отпустила ее.

Пайпер охнула и закашлялась, отчаянно вдыхая. Натания отошла и вернулась к комоду, схватила гребень. Прижимая ладонь к болящему горлу, Пайпер села, размышляя, стоит ли дальше пытаться проснуться, пока Натания не попыталась еще раз убить ее. Но она умрет, если не получит информацию.

— Что это было? — хрипло спросила она.

Натания провела гребнем по волосам.

— Я передумала, — бодро сказала она.

— Что передумала?

Натания снова отложила гребень и повернулась к Пайпер, ее голос потерял переливы.

— Моя темница — пустота и неподвижность, непоколебимый камень, который не портят внешние стихии, кроме другого разума. Ты не можешь представить эту скуку. Тишина и лишь мои воспоминания. И тут… ты, — она раскинула руки, ее серебряные глаза загорелись. — Мое существование стало интереснее, когда ты коснулась моей силы. У тебя есть дар разрушать, Пайпер.

Пайпер сжала губы. Натания не убила ее, потому что ей было весело? Она потерла рукой лоб, сглотнула, хотя горло болело. Она почти слышала, как ее звал далекий голос.

Натания села на стул и скрестила ноги.

— Ты знаешь, почему магия скоро заберет твою жизнь?

Пайпер моргнула, не ожидая деловой тон от Натании.

— Потому что во мне две магии, которые не уживаются.

— Да. И какое решение может быть?

— Ну… — проще было избавиться от них, но ее мама сказала, что другие женщины-гибрили обладали двумя видами магии. — Разделить их, наверное…

— Именно.

— Н-но как это сделать?

— Ты не можешь.

Пытаясь держать себя в руках, Пайпер сжала колени руками.

— Ты издеваешься?

Натания отвернулась к комоду и принялась убирать на нем.

— Ты знаешь, какое величайшее преимущество деймонов над чеймонами в магии?

Пайпер чуть не сказала «чистая сила», но голос Лира всплыл в памяти, недавний разговор с ним.

— Деймоны могут видеть магию, — сказала она.