В обед он погрузился в виртмаркет и выбрал новейшую марку гравицикла, за десять тысяч еврази, с мощным мотором, гравиподъемником шестого поколения, но запрос о покупке, сам удивляясь себе, отклонил — всё-таки он стал тороплив в решениях, не стоит так спешить, сперва надо осмотреть гравицикл вживую, потрогать его, посидеть в седле, почувствовать огненное дыхание машины, а потом уже покупать…

Но сколько себя ни обманывай, сколько ни сворачивай с предначертанного пути, любая тропинка вернёт на него, не успеешь даже оглянуться. Когда рабочий день закончился, Ерёмин заскочил в бокс к Синицыной.

— Пожалуй, прогуляюсь ещё разочек до Мастера, — сказал он Женьке. — Не думаю, что останусь у него. Но мало ли… если что, дождись меня. Я обязательно вернусь.

И он вновь отправился в Сокольники.

На этот раз Ерёмин быстро попал в парадную — сразу же позвонил пареньку с восемнадцатого этажа, и тот открыл ему дверь и подогнал лифт. И вновь Сергей с восемнадцатого по двадцать пятый этаж продвигался пешком, но теперь гораздо быстрее и увереннее. Он дёрнул за шнур-хвост, в квартире мелодично забренчало, и дверь снова открыла девчонка Соня.

— Ну, надо же, вернулся, — сказала она. — Однако проходи, гостем будешь.

Мастер был занят, и Соня отвела Сергея на кухню, где Ерёмина встретили невероятные запахи, он никогда с такими не сталкивался, от этих запахов у него сразу же засосало под ложечкой, и рот наполнился слюной — девчонка готовила ужин.

Сергей сидел на колченогом, неудобном, но из настоящего дерева, табурете и наблюдал за тем, как Соня проворно орудует у маленького электрического прибора с круглым верхом. На прибор девчонка водрузила металлический цилиндр с двумя ручками, чем-то напоминающий химический котёл, который Сергей видел ещё в детстве, в учебном гипносне. Из цилиндра валил пар и распространялся тот самый запах, что поразил Ерёмина. Ерёмин понял, что страшно хочет есть.

Когда Соня налила ему полную тарелку, полив сверху густой тягучей белой жидкостью, похожей на синтетический мягкий соус — он начал есть, обжигаясь, не разбирая вкуса, почти взахлёб. Девчонка сидела напротив, смотрела на него широко открытыми глазами и жалостливо качала головой.

— Беееееедненький, — протянула она почти без насмешки и налила ему ещё одну тарелку. Вторую порцию Сергей ел медленнее, распробывая каждую ложку, разминая языком и зубами каждый кусочек пищи. Все они казались разными на вкус, но вместе соединялись в замечательное гармоничное кушание. Соня сказала, что еда называется борщом, и она положила туда картошку, свёклу, морковь, капусту, свежие помидоры, а также зелень укропа и петрушки. Так вот они какие, натуральные овощи, Ерёмину никогда прежде не доводилось пробовать их на вкус. Кроме того, в борще было мясо. Коричневые суховатые слоящиеся кусочки с прожилками на жёстких костях и белый скользкий неприятный жир, который Сергей проглотил, не разжевывая.

После обеда на кухню заглянул Мастер.

— Решил вернуться? — понимающе кивнул он.

Вместо ответа Сергей подошёл к столу и положил на него терминал. Путь к отступлению он себе отрезал.

— А так хотелось купить гравицикл, — вздохнул он.

— Больше нет электроники? — спросил Джон Матвеевич.

Ерёмин вытащил из уха радиокоммуникатор, снял с руки часы-навигатор и отдал их Мастеру.

— Тогда вам пора собираться, выходите на заре, — произнёс Джон Матвеевич. — Ну что, Соня, возьмёшь себе до осени нового ученика?

— Куда же я денусь? — важно надулась девчонка.

6

Без навигатора, да ещё в незнакомом районе, Ерёмин чувствовал себя неуютно.