— Да оставь ты его! — прикрикнул Слива. — Не до него сейчас!

Он рухнул на диван и обхватил голову руками. Так он сидел неподвижно минут десять, пока Клоун не затих и не стал громко и натужно кашлять, сплевывая тягучую слюну прямо на стену и пол.

— Надо сваливать отсюда, — произнес наконец Слива, — она нас ментам могла сдать, сука. Собираемся!

Они вышли на улицу и направились к своему автомобилю. Но внезапно Слива переменил решение.

— На нашей машине не поедем, она наверняка уже «спалена», тормознем такси, — сказал Слива.

— Так бабок же голяк, — развел руками Моча, — как же мы расплатимся за проезд?

— Ты, Моча, как скажешь иногда какую-нибудь херню, так я не знаю правда ты дурак или прикидываешься, — сквозь зубы проговорил Слива.

Он вышел на трассу и притормозил проезжающую желтую машину.

— Куда едем? — приветливо спросил водитель, когда Слива распахнул дверцу.

— Куда скажем, — ответил ему Слива, садясь вперед и ткнул ему под нос пистолет.

— Все ясно, — спокойно произнес шофер.

— Что тебе ясно? — завелся Слива. — Что тебе ясно?

— Что едем куда скажете, — ответил водитель, — и что проезд за счет нашей фирмы.

— Много говоришь! — буркнул Слива. — Езжай!

Клоун и Моча тем временем расселись позади.

— Куда ехать-то? — спросил водитель.

Слива не знал куда ему ехать, планов у него не было никаких, в голове пусто и поэтому он приказал:

— Пока вперед езжай, а там увидим…

Таксист завел машину и поехал. Слива, нервничая, кусал ногти на руках.

— Из города рвать надо, — сказал Клоун, бледный после приступа, — рвать надо отсюда!

— Куда рвать-то? — рассердился Слива. — Бабла ни копейки, все эта сука подмела, даже на пиво не оставила. Куда мы будем «рвать» с пустыми карманами?

С этим доводом трудно было не согласиться. Они ехали по широкому проспекту и решение на ум Сливе пришло неожиданно.

— Разворачивай! — приказал он водителю.

— Тут сплошная полоса, — попытался спорить таксист, — здесь нельзя.

Терпение Сливы лопнуло и он двинул кулаком водителю в ухо. Голова того мотнулась влево и машина тоже мотнулась в сторону, едва не столкнувшись со встречным грузовиком. Но зато таксист все понял, быстро завертел руль, выскочил на встречку и с визгом тормозов пристроился в ряд машин, едущих в обратном направлении.

— Видите ювелирный магазин? — спросил Слива у подельников.

— Ну? — спросили те в два голоса, прильнув к стеклу.

— Моча остаешься в машине, ждешь нас, сторожишь этого мазурика, чтобы не сбежал, а мы с Клоуном малость тряхнем «жирных» ювелиров, — пояснил свой план Слива.

— Клево! — согласился Моча.

Клоун ничего не сказал, но было видно что такое дело и ему по душе. Одному лишь таксисту все это было неприятно, но деться из машины без ущерба для здоровья он никуда не мог. Поэтому по указанию Сливы подъехал к дверям салона драгоценностей прямо под знак «Стоянка запрещена». Моча с заднего сидения ткнул ему в затылок своим пистолетом и приказал:

— Сиди тихо!

В другой ситуации таксист одним ударом пригвоздил бы к стенке хлюпика Мочу, но, подчиняясь силе оружия, он лишь нервно забарабанил пальцами по рулю. Слива и Клоун за ним вышли из машины и поднялись на высокое крыльцо ювелирного магазина.