В этот день он сидел за своей бухгалтерской книгой и сверял ее записи с данными в компьютере, параллельно на большой громкости слушая напевы родины, доносящиеся из магнитофона. Вдруг дверь с громким хлопком отворилась и спиной, какой-то неуверенной походкой в кабинет его ввалился охранник — уволенный лет десять назад в запас офицер ВВС. Он мычал и кашлял.

Причина этого мычания была вскоре Махмудом выяснена — во рту охранника торчал ствол обреза, который за приклад, положив палец на курок держал давешний отморозок Слива, который и требовал с него дань. А Валиев думал, что его давно уже нет в живых! Негодяй прижал охранника обрезом к стенке, вдавив ствол ему в горло. Тот испуганно поднял вверх руки, а по щекам его от боли и страха текли слезы.

— Это ты? — удивился Махмуд, узнав человека, который приходил снимать с него дань. — Я думал тебя убили!

— А я с того света к тебе явился, — усмехнулся Слива, — чтобы поквитаться!

Сказав это, он нажал на курок обреза, громкий выстрел заглушился во рту охранника, мозги с кровью брызнули на стену, Валиев зажмурился, а практически обезглавленный офицер запаса свалился на пол. Слива быстрым шагом подошел к Махмуду и наставил на него ствол, с которого мерно капали капли тяжелой густой крови.

— Не стреляй, не надо, — взмолился Махмуд, — я тебе денег дам сколько хочешь! Я тебе все дам, только не убивай!

— Поздно, чурка, пить «Боржоми», когда почки отвалились, — ответил безжалостный Слива.

Магнитофон надрывался народными азербайджанскими песнями и Слива с неудовольствием покосился на него.

— У меня в сейфе пятьдесят тысяч долларов, — жалобно пропел Махмуд, — забери все, только не убивай меня. У меня жена, шестеро детей и пятеро детей моего брата на моем содержании. Брат мой умер…

— Заткнись! — приказал Слива, — Плевать я хотел на твоего брата! Теперь ты каждый месяц будешь платить мне по полсотни зеленых, понял?

Азербайджанец торопливо закивал взмокшей лысеющей головой.

— А сейчас давай все, что у тебя есть!

Валиев-оглы торопливо открыл кодовый замок на сейфе, выгреб оттуда всю наличность, сложил ее в полиэтиленовый пакет и протянул Сливе.

— Ключи от машины, — добавил негодяй, тыкнув азербайджанца в лоб стволом обреза.

Махмуд торопливо достал из кармана ключи от своего «БМВ» и отдал их негодяю.

— И смотри, побежишь жаловаться к своей «крыше» как в прошлый раз, — пригрозил Слива уходя, — я с тебя, чурка нерусская, начну, а потом и всех твоих «черноголовиков» перестреляю. Понял?

Валиев-оглы затряс головой так усердно, что с редких волос полетели капельки пота. У самых дверей Слива вдруг обернулся, вскинул обрез и вдребезги разнес дробью поющий магнитофон. Воцарилась звенящая тишина. Слива спокойно вышел через торговый зал на улицу, спокойно сел в машину азербайджанца и покатил в сторону центра.

Он без проблем доехал на угнанном автомобиле до салона ремонта иномарок, находящегося рядом с большой бензозаправкой и спросил у парня в промасленной униформе где ему найти Дизеля. Тот сразу сообразил о ком идет речь и показал Сливе на закрытые ворота гаража. Войдя внутрь Слива сразу же увидел мужчину лет сорока, который возился в моторе новенького «Мерседеса».

— Дизель, — позвал Слива, — ты все в железках ковыряешься?

Автомеханик поднял голову, увидел Сливу и в глазах его застыло удивление. Он захлопнул капот «Мерса» и спросил, заикаясь:

— Слива? Тебе же еще лет пять сидеть… ты как?

— Условно-досрочно меня прокурор освободил за примерное поведение, — без тени иронии ответил Слива, — у меня там тачка возле твоего гаража стоит, новый «БМВ».