— Знакомая песня, — вставил Антон Сергеевич, — слышали…

— Вот и мы с Олей поверили, — продолжил Бутман, — Олечка дала ему шанс. И знаете, неожиданно человека словно подменили. И правда Слива совсем перестал пить спиртное, играть в казино, погрузился с головой в дела фирмы, работал до седьмого пота. И каждый день, бывало, придет с цветами к сестре, мол, прости да прости и на колени падает. Олечка добрая была, да я и сам отходчивый — простили его. Я даже стал подумывать, может, я со зла на него грешил, что это он родителей погубил, может быть, и правда, они погибли от несчастного случая. Невеста в то время даже какая-то у Сливы завелась — фотомодель, красивая такая, высокая, худая. Дела у Ольги тогда хорошо шли в гору — мы даже смогли выкупить обратно почти все, что Слива бездарно просадил. И вдруг неожиданно Олечку убили и все рухнуло.

Бутман замолчал. Ни Антон, ни Арбуз не нарушили тишины.

— Мне иногда кажется, что тот ночной убийца это был сам Слива, — продолжил главбух, — тогда в темноте я не заметил ни фигуры, ни лица. Все произошло так быстро, что я растерялся и не смог ничего предпринять. Олечка вся в крови умерла у меня на руках. Но теперь я вспоминаю тот вечер и мне кажется, что это был именно он…

— А где был Слива в то время, когда убили Ольгу? — спросил Антон Сергеевич.

— На суде оказалось, что Слива якобы был у своей невесты. Оказалось, что с ними вместе была еще какая-то подруга его невесты, и обе девушки подтвердили, что в тот вечер во время убийства Слива якобы был с ними вместе и никуда не отлучался.

— А ты никогда не думал о том, что это твои родственники, чтобы женить тебя на твоей нынешней жене «заказали» убийство моей сестры? — спросил Антон.

Бутман заметно вздрогнул когда Антон Сергеевич назвал Ольгу своей сестрой и внимательно посмотрел его в глаза.

— Знаете, я ни раз, и ни два думал об этом, — ответил он, — много-много раз я думал об этом после того, как Олечка погибла. Но, поймите меня правильно, я же не мог подойти к своему отцу и спросить — папа, это не вы случайно наняли убийцу, чтобы он убил Ольгу?

— А такое вообще могло быть? — спросил Антон.

— Теперь уже, повзрослев, я понимаю, что ни теоретически, ни фактически такого быть не могло, — ответил Константин Маркович, — ведь существуют сотни способов устранить человека, не лишая его жизни. И если бы мои родственники захотели бы нас разлучить, они не пошли бы по этому криминальному пути.

— Например, какие способы?

— Например, оболгать, — ответил Константин Маркович, — Олечку оболгать или меня, это уже без разницы — главное, чтобы мы с ней расстались. Поссорить, наконец, и подливать ежедневно масла в огонь, чтобы к примирению не было никаких дорог.

— А разве твоя родня этого не делала? — спросил Антон.

— Делала, — сознался Бутман, — это было бесполезно, я не сдавался и мы продолжали встречаться!

— А родители твои?

— А родители были недовольны.

— Ну вот, тогда о чем же ты тогда говоришь? — покачал головой Антон. — Слива, конечно, порядочная гнида, но и твоих родственников нельзя сбрасывать со счетов.

И тут в разговор включился Арбуз:

— Ладно, главбух ты не обижайся, но и я тебе пока не очень-то верю.