«Господин Иванов» многозначительно кашлянул и для солидности нахмурил густые брови.

— А где мой старый адвокат? — спросил Дизель, втягивая голову в плечи, как черепаха в панцирь.

— Ему пришлось срочно уехать в Воркуту, — ответил Антон Сергеевич, присаживаясь за стол и открывая папочку, — у него появились срочные дела. Ну, что ж давайте приступим к нашему с вами делу. Я вас хочу предупредить, что в ваших интересах говорить мне правду, только правду и ничего кроме правды. Иначе, если вы какие-то факты от меня скроете, прокурор на суде может поставить нас в тупик каким-нибудь неожиданным вопросом. Вы это понимаете?

— Да, — сдавленно кивнул Дизель.

— Вы должны еще осознать, что дело по которому вас привлекли к ответственности получило громкую огласку в средствах массовой информации, поэтому увидеть вас за решеткой мечтают многие. Но (тут Антон доверительно склонился к уху Дизеля и прошептал) некоторые ваши друзья желают вам помочь и не хотят видеть вас в тюрьме, поэтому я и появился здесь вместо вашего старого адвоката.

— Так он не уехал в Воркуту? — так же шепотом спросил Дизель, заинтригованной фразой адвоката «некоторые ваши друзья».

— Нет, — так же шепотом ответил Антон.

— А-а, — догадался обо всем Дизель.

— Вы правильно меня поняли, — продолжил Антон, — приятно работать с понятливыми людьми. Я хочу вам помочь и мне за это хорошо заплатили.

— А кто? — удивился Дизель.

— Этого я не могу вам сказать, — таинственно произнес липовый адвокат.

Дизель утвердительно покачал головой, соглашаясь не выпытывать больше тайну, хотя его практически разрывало от любопытства.

— Итак, начнем, — поднялся со стула Антон и стал ходить туда-сюда по камере. — Расскажите мне подробно обстоятельства того дня, когда был похищен депутат Госдумы. С самого начала и до конца.

— Ага, я расскажу вам все, — согласился Дизель, — но я же ни в чем не виноват. Это может подтвердить сам депутат! Он все видел!

— К большому сожалению, он называет вас соучастником преступления, — покачал головой Антон.

— Как так? — удивленно воскликнул Дизель. — Он же видел, что Слива заставил меня ехать с ними под дулом обреза!

— К сожалению, не только мне одному, а еще и следствию известно, что с господином Сливянским вы и ранее были знакомы, — ответил Антон Сергеевич, — и это обстоятельство серьезно отягощает ваше положение как подсудимого, а для меня отягощает вашу защиту. Расскажите мне, пожалуйста, подробно — что связывало вас с Антоном Сливянским еще до того как его посадили в колонию.

— Он иногда чинил у меня машину своих родителей, — ответил Дизель.

— Чинил незадолго до аварии, в которой они погибли, — напомнил Антон.

— Да, но я тут не при чем, — сказал Дизель, — просто отец Сливы всегда ездил очень быстро…

— Мы же договорились с вами, что вы будете предельно откровенны, — театрально вздохнул Антон Сергеевич, — а вы стараетесь водить меня за нос. Боюсь, что если и далее вы будете вести себя подобным образом, вряд ли мы сможем вытащить вас отсюда.

— Но что я должен вам рассказать? — спросил Слива, поглядывая то на Антона, то на Арбуза, сурово сопящего в большие ноздри. — Я не пойму?

— Вы должны рассказать мне о том, как вы по просьбе Сливянского настроили тормоза машины его родителей так, что при большой скорости они отключались, — шепотом поведал «адвокат», — и из-за этого произошла авария, в которой оба Сливянских и муж, и жена погибли.